Реферат: Авторское право

План.
Введение. 2
Обратная сила действия международных договоров по авторскому праву 3
Правило об обратном действии Бернской конвенции. 7
Присоединение к Бернской конвенции без обратной силы. Опыт США. 12
Присоединение России к Бернской конвенции. 16
Обратная сила авторско-правовых норм в иностранном национальном законодательстве. 24
Решение вопроса об обратной силе авторско-правовых норм в 27
Российском национальном законодательстве. 27
Видеопиратство в России. 34
Заключение. 54
Список литературы. 56

Введение.

За Последние два года в правовой жизни нашего общества в сфере создания и использования произведений науки, литературы и искусства произошли существенные изменения. С принятием 9 июля 1993 года закона РФ
"Об авторском праве и смежных правах". Завершилось формирование российской системы авторского права как системы норм, предусматривающих очень высокий уровень охраны прав авторов, полностью соответствующий требованиям Бернской
Конвенции об охране литературных и художественных произведений, являющейся своеобразным мировым эталоном защиты авторских прав.[1]

Вопрос о принятии такого "сильного" закона был поднят давно как в связи с изменением политик государства в отношении человека, его прав и свобод, признанных высшей ценностью, так и в связи со стремлением России стать членом Бернского Союза.

Одним из принципов Бернской Конференции является принцип минимального объема охраны, что означает, что сама Конвенция устанавливает некоторые нормы авторско-правовой охраны, которые подлежат обязательному применению в странах, участвующих в ней. Долгое время СССР, а затем и Россия не могли присоединиться к Бернской Конвенции, так как национальное законодательство не обеспечивало такого высокого уровня охраны авторских прав. И лишь сегодня, когда уровень охраны, предоставляемый российским законодательством, достиг так называемого "уровня Бернской" Конвенции, появилась реальная возможность присоединиться к Бернской Конвенции, что
Россия и сделала, став с 13 марта 1995 года полноправной ее участницей.[2]

Признавая значимость этих правовых решений, необходимо выяснить наиболее важный для практики вопрос о том, как будут применяться нормы закона Конвенции? На какие события и факты распространяют они свое действие, в отношении создания и использования каких произведений они будут иметь силу, являются ли объектом охраны лишь произведения, созданные после даты вступления в силу закона или международного договора или же охрана предоставляется с обратной силой?

Общая теория права, определяя обратную силу закона как распространение его на случаи или факты, имевшие место до вступления его в силу, гласит, что по общему правилу действует принцип: "закон обратной силы не имеет".
Сформулировав общий принцип, теория права оставила его конкретизацию за отдельными отраслями права в связи со спецификой их метода и предмета регулирования, предоставив им, возможность самостоятельно определять те случаи и факты, на которые распространяют свое действие новые нормы права.

Именно проблеме обратной силы авторско-правовых норм и посвящена эта работа, цель которой - показать, как этот вопрос решается на международно- правовом уровне и в национальных законодательствах различных стран.

Особое внимание хотелось бы уделить, наиболее актуальным сегодня для
России проблемам:
- присоединению к Бернской Конвенции - в связи с этим подробно проанализировать положения статьи 18 Бернской Конвенции, касающиеся порядка ее действия, показать возможности ее толкования на примере США и России, отметить значение присоединения без обратной силы;
- порядка действия во времени Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах".

Обратная сила действия международных договоров по авторскому праву

Международные договоры по авторскому праву по-разному решают вопрос о том, в отношении каких произведений они будут действовать. Вступая в силу с определенной даты, международные договоры охраняют так называемые "новые" произведения, то есть произведения, созданные после этой даты. Какова же судьба "старых" произведений, которые были созданы до этой даты, но продолжают использоваться и после заключения договора или присоединения к нему?

В случае если международный договор предоставляет охрану как "новым", так и "старым" произведениям, это означает, что он имеет обратную силу.
Если же такой договор не предоставляет защиту "доконвенционным" произведениям, то такой договор, напротив, обратной силы не имеет.[3]

При заключении международных договоров вопрос о том, будет ли он иметь обратную силу или нет, наиболее важный, и решение его зависит от той экономической и политической ситуации, которая существует на момент заключения такого договора в договаривающихся государствах, а также от цели такого договора. Принятию решения о порядке действие договора должен предшествовать тщательный экономический анализ последствий распространения действия договора на "старые" произведения. Ведь, если Конвенция не предусматривает охраны с обратной силой, то она позволяет любой присоединяющейся стране постепенно "привыкать" к охране авторских прав на иностранные произведения. Для любой страны на день вступления Конвенции в действие все ранее используемые произведения иностранцев оказываются
"старыми", и за их использование, как и прежде, не надо платить гонораров авторам. И только постепенно, по мере появления "новых" произведений, будут заключаться договоры и выплачиваться авторские вознаграждения.

Если же Конвенция предоставляет охрану с обратной силой, то в день присоединения страны к ней все "доконвенционные" произведения становятся охраняемыми, и требуется срочно заключать договоры с иностранными авторами на использование этих произведений, выплачивая значительные суммы в качестве авторских гонораров.

Прежде чем обратиться к анализу положений Бернской Конвенции, касающихся порядка ее применения, хотелось бы рассмотреть, как решается вопрос о предоставлении обратной силы в других международных договорах, участницей которых Россия является.[4]

Россия является участницей всемирной Конвенции об авторском праве, которая была заключена 6 сентября 1952 года. 27 мая 1973 года к этой
Конвенции присоединился Советский Союз, и сегодня Россия участвует в ней как право преемница СССР. Вопросу об обратной силе посвящена статья 7
Конвенции, которая гласит:

"Настоящая Конвенция не распространяется на произведения или права на эти произведения, охрана которых к моменту вступления в силу настоящей
Конвенции в Договаривающемся Государстве, где предъявляется требование об охране, окончательно прекратилась или никогда не существовала".

По общему мнению, статья 7 лишает Конвенционной охраны произведения, находящиеся в общественном достоянии, то есть произведения (или права на эти произведения), охрана которых на дату вступления в силу Конвенции о договаривающемся государстве, окончательно прекратилась или никогда не существовала. Это означает, что Всемирная Конвенция обратной силы не имеет.

Тем не менее, нельзя сказать, что Всемирная Конвенция полностью отрицает обратную силу по отношению к ранее созданным произведениям: она устанавливает, что если такие произведения охраняется в определенном государстве на момент вступления Конвенции в силу для этого государства, то они не только продолжают охраняться по национальному законодательству, но и получают охрану уже на основе норм Конвенции. Это значит, что в отношении таких произведений Конвенция имеет обратную силу.[5]

Помимо участия во Всемирной Конвенции об авторском праве, Советский
Союз, и, после прекращения его существования, Россия заключили около десяти двусторонних соглашений о взаимной охране авторских прав. Все эти договоры предусматривают охрану как "новых", так и "старых", произведений, то есть действуют с обратной силой, за исключением соглашения с Австрией, предоставляющего обратную силу в очень ограниченном объеме.

Возьмем для примера Соглашение между СССР и Болгарией о взаимной охране авторских прав, вступившее в силу с 1 января 1975 года. Статья 8 этого Соглашения гласит:

"Под действие настоящего Соглашения подпадает использование после вступления настоящего Соглашения в силу указанных в статье 2 произведений, в отношении которых не истекли к моменту использования сроки, предусмотренные статьей 3".

Поясню, что в соответствии со статьями 2 и 3 Соглашения, каждая договаривающаяся сторона обязуется охранять права граждан другой договаривающейся стороны и их правопреемников на произведения литературы, науки и искусства, независимо от места их первого опубликования, предоставляя им национальный режим. Охрана осуществляется в течение срока, установленного внутренним законодательством договаривающихся сторон, при этом договаривающаяся сторона, где истребуется охрана, не обязана обеспечивать охрану произведений в течение осока, более продолжительного, чем срок охраны, установленный законодательством другой договаривающейся стороны.

Принцип обратной силы в данном соглашении сформулирован вполне определенно: в договаривающихся государствах должны быть "оживлены" все
"старые" произведения, которые с момента вступления Соглашения в силу и до истечения сроков, предусмотренных статьей 3, подлежат охране на территории стран-участниц.

Не во всех международных договорах принцип их действия сформулирован достаточно четко, что дает возможность присоединяющимся странам давать ему различные толкования. Ярким примером такого международного договора является Бернская Конвенция об охране литературных и художественных произведений, заключенная 9 сентября 1886 года.[6]

Правило об обратном действии Бернской конвенции.

Принципу охраны произведений, существующих на момент присоединения страны их происхождения к Бернской Конвенции, известному как "правило, об обратном действии" посвящена статья 18 Конвенции, которая устанавливает:

1. Настоящая Конвенция применяется ко всем произведениям, которые к моменту вступления ее в силу не стали еще общим достоянием в стране происхождения вследствие истечения срока охраны.

2. Однако если вследствие истечения, ранее предоставленного произведению срока охраны, оно стало уже общим достоянием в стране, в которой истребуется охрана, это произведение не будет вновь поставлено под охрану в этой стране.

3. Указанный принцип применяется в соответствии с положениями специальных Конвенций, которые заключены или будут заключены с этой целью между странами Союза. При отсутствии таких положений соответствующие стройны определяют - каждая для себя - условия применения этого принципа.

4. Предшествующие положения применяются также в случае новых присоединений к Союзу...

В пункте 1 настоящей статьи говорится о произведениях, которые еще не перестали охраняться в "стране происхождения". При этом страной происхождения в смысле Бернской Конвенции считается: a) для произведений, впервые выпущенных в свет в какой-либо стране
Союза, - эта страна; для произведений, выпущенных в свет одновременно в нескольких странах Союза, предоставляющих различные сроки охраны, - та сторона, законодательство которой устанавливает самый короткий срок охраны; b) для произведений, не выпущенных в свет одновременно в какой-либо стране, не входящей в Союз и в одной из стран Союза, - это последняя страна; c) для произведений, не выпущенных в свет или для произведений, выпущенных в свет впервые в стране, не входящей в Союз, без одновременного выпуска в свет в какой-либо стране Союза, - та страна Союза, гражданином которой является автор, при условии, что

1. в отношении кинематографических произведений, изготовитель которых имеет свою штаб-квартиру или обычное место жительства в какой-либо стране Союза, страной происхождения является эта страна.

2. в отношении произведений архитектуры, сооруженных в какой-либо стране Союза или других художественных произведений, являющихся частью здания или другого сооружения, расположенного в какой-либо стране Союза, страной происхождения является эта страна.

Это общий принцип Бернской Конвенции, который обязывает вновь вступившие в Союз государства охранять произведения, которым предоставляется охрана в стране их происхождения, за исключением случаев, когда они уже стали в стране происхождения общественным достоянием. Данная норма должна применяться ко всем произведениям, упомянутым в пункте 1 статьи 18, независимо от того, охранялись ли они на территории страны, где истребуется охрана, или нет. При этом если такая охрана не предоставлялась, причина ее отсутствия не имеет никакого значения. До времени Берлинского пересмотра (1908 год) было отмечено, что переход в сферу общественного достояния должен быть результатом окончания срока охраны; с тех пор стало применяться правило "сравнения сроков", предусмотренное пунктом 8 статьи 7, который гласит:

8. В любом случае срок определяется законом страны, в которой истребуется охрана; однако если законодательством этой страны не предусмотрено иное, этот срок не может быть более продолжительным, чем срок, установленный в стране происхождения произведения.

В соответствии с этой статьей, являющейся исключением из общего принципа национального режима, период предоставляемой охраны определяется законодательством страны, где испрашивается охрана, но он не должен превышать срока охраны, установленного в стране происхождения. Например, страна, недавно вступившая в Союз, охраняет произведения в течение 50-ти лет после смерти автора. В отношениях между этой страной и той, которая предоставляет более длительную охрану, применяется меньший срок. Однако это правило действует, если законодательством страны, предоставляющей охрану, не предусмотрен иной порядок.

Итак, пункт 1 статьи 18 Бернской Конвенции содержит ясно выраженный принцип обратной силы ее действия.

Однако пункт 2 статьи 18 содержит существенную оговорку к этой норме: если произведение, охраняемое по пункту 1, уже утратило охрану "вследствие истечения ранее предоставленного произведению срок охраны" в стране, где такая охрана истребуется, то это произведение не будет вновь охраняться на территории этой страны. Иными словами, Бернская Конвенция запрещает возвращение произведений, которые стали общественным достоянием, в сферу частного права, вновь предоставляя им охрану.

Необходимо отметить, что, в отличие от всемирной Конвенции об авторском праве, которое безразлично, почему произведение перешло в сферу общего достояния, Бернская Конвенция акцентирует внимание на причине, по которой охрана прекратилась. Этой причиной не может быть, например, несоблюдение формальностей, необходимых для охраны, или то, что охрана
"никогда не существовала" в стране, где такая охрана испрашивается. Во время Берлинского пересмотра в докладе Комитета специально было отмечено, что страны, вновь присоединяющиеся к Конвенции, не могут "заявить, что произведения, которые никогда ранее не охранялись на их территории, признаются перешедшими в общественное достояние".

Комментируя положения статьи 18 Бернской Конвенции, ученые едины в своем мнении: "Бернская Конференция прямо выраженным образом предусматривает обратную силу действия Конвенции, ограничивая ее сроком авторского права".

Пунктом 3 статьи 18 странам-членам Бернского Союза предоставлена возможность урегулирования применения принципа обратной силы и исключений из этого принципа в специальных Конвенциях, которые "заключены или будут заключены" между участниками Конвенции. Такое решение было принято при разработке текста Конвенции, так как было, очевидно, что применение принципа обратной силы может вызвать определенные затруднения.
Впоследствии, на Парижской Конференции 1896 года некоторые участники
Бернской Конвенции выдвинули предложение о снятии оговорки о специальных
Конвенциях, обосновывая это тем, что с момента вступления в силу Конвенции прошло достаточно времени для того, чтобы урегулировать отношения по применению принципа обратной силы. Однако такое предложение не получило поддержки от других делегаций. Выступая против такого решения, члены этих делегаций подчеркивали, что оно может послужить причиной нарушения прав лиц, законно использовавших иностранные произведения без разрешения авторов в то время, когда они находились в сфере общего достояния. Именно поэтому разработчики проекта признали, что у вновь присоединяющихся стран, как и у государств, участвующих, в Конвенции с момента ее заключения, может возникнуть необходимость в принятии переходных мер. Оставив положения пункта 3 статьи 18 неизменными. Комитет добавил пункт 4 в статью 18, подтверждающий, что пункты 1,2,3 "применяются также в случае новых присоединений к Союзу".[7]

По мнению некоторых специалистов, следует считать, "что под понятия таких специальных Конвенций подпадают также те, которые были заключены между отдельными странами, даже если некоторые из их участников или даже некоторые участники во время заключения такой специальной Конвенции не были членами Бернского союза, а вступают в этот союз позднее". В связи с этим в литературе отмечалось, что к таким специальным Конвенциям следует отнести и
Всемирную Конвенцию об авторском праве, которая исключает охрану произведений, находящихся в общественном достоянии в стране, где предъявляется требование об охране.

В случае отсутствия специальных соглашений каждая страна может самостоятельно определять условия применения указанного принципа. В комментарии к Бернской Конвенции отмечается, что обратное действие может приобрести большое значение в тех случаях, когда в Союз вступает новая страна, в связи с необходимостью предоставлять охрану множеству иностранных произведений, находящихся в сфере общего достояния по любым иным основаниям, кроме истечения срока охраны. В этой ситуации необходимо учитывать экономические последствия, которые могут наступить для лиц, ранее использовавших произведения свободно, так как в случае полного соблюдения принципа обратной силы, авторы получат исключительные права контроля над не охранявшимися ранее произведениями. Именно для этого каждой присоединяющейся стране предоставлена определенная свобода в применении указанного принципа. Государство может само определять, какие ограничения существуют для такого обратного действия путем включения соответствующих положений в свое внутреннее законодательство, а также обязывая суды в случае судебного разбирательства учитывать ранее приобретенные права.

Однако необходимо акцентировать внимание на том, что, хотя присоединяющимся государствам и предоставлена определенная свобода закрепления особых условий о применении принципа обратной силы в специальных Конвенциях и своем национальном законодательстве, это не означает полного отрицания принципа обратного действия. Так как эти условия могут оговариваться лишь при непременном соблюдении норм пунктов 1 и 2 статьи 18.

Новейшие комментарии зарубежных специалистов содержат очень краткий анализ статьи 18 Конвенции. В одном из них утверждается, что сейчас статья
18 сохраняет свое значение только в тех случаях, когда к Бернскому Союзу присоединяется новая страна. В этом случае произведения, страной происхождения которых является член Бернского Союза, и которые до этого находились в сфере общественного достояния во вновь присоединяющейся стране, охраняется в соответствии с Бернской Конвенцией с момента вступления присоединения в силу. Однако это распространяется лишь на произведения, не попавшие в сферу общего достояния в результате истечения срока охраны в стране их происхождения. При этом, делая вывод о безусловном применении принципа обратной силы по Бернской Конвенции, авторы комментария оговариваются, что "эти положения не так ясны, как может показаться на первый взгляд".

Другие авторы менее категоричны. Рассматривая не подлежащее ранее сомнению и обсуждению правила об обратном действии Конвенции, они делают вывод, что, даже в случае применения тех или иных оговорок и условий,
"нельзя полностью отрицать применение принципа обратной силы в отношении определенных категорий произведений". При этом, рассматривая вопрос о новых присоединениях к Конвенции, признается, что "применение пункта 2 может оказаться более проблематичным". На практике так оно и получилось, так как появилась возможность истолкования статьи 18 не в духе Бернской Конвенции, что позволило США и России нарушить все традиции и присоединиться к
Конвенции без обратной силы.

Присоединение к Бернской конвенции без обратной силы. Опыт США.

На протяжении 80-ти лет с момента, когда статья 18 Бернской Конвенции была окончательно сформулирована, она единодушно рассматривалась, как обязывающая охранять "старые" иностранные произведения. Первой страной, которая иначе истолковала этот вековой принцип, стали США, присоединившиеся к Конвенции 1 марта 1989 года. Вступая в Бернский Союз, США предварительно заявили в своем внутреннем законодательстве, что они не будут предоставлять охрану произведениям иностранных авторов с обратной силой. Статья 12 вступившего в силу Закона об изменении раздела 17 Свода Законов США по применению Бернской Конвенции об охране литературных и художественных произведений в Парижской редакции от 24 июля 1971 года (Закон № 100-568 от
31 октября 1988 года) гласит:

"Раздел 17 Свода Законов США в редакции настоящего Закона не предоставляет авторско-правовой охраны каким-либо произведениям, находящимся в общественном достоянии США". Таким образом, США, присоединяясь к Конвенции, воспользовались нормой пункта 2 статьи 18, истолковав ее как распространяющую свое действие на любые, не охраняемые произведения. То есть, если иностранное произведение на 28 февраля 1989 года не пользовалось охраной в США, то оно не будет охраняться новым
Законом, в который трансформированы положения Бернской Конвенции.

Каково же юридическое обоснование такого истолкования "правила об обратном действии"? Прежде, чем обратиться к рассмотрению хода рассуждений американских специалистов, необходимо выяснить по каким причинам то или иное произведение перестало охраняться, попав в сферу общего достояния.
Большинство специалистов, изучавших этот вопрос, ограничились делением всех произведений, находящихся в общественном достоянии, на две группы:

1. произведения, более не охраняемые по причине несоблюдения определенных условий и формальностей;

2. произведения, попавшие в сферу общего достояния в результате истечения общих сроков охраны.

Лишь некоторыми правоведами исследовались причины, по которым срок предоставляемой охраны истек, а ведь именно здесь и кроется возможность нетрадиционного толкования статьи 18 Бернской Конвенции. Для того чтобы выяснить, в результате чего произведения второй группы стали не охраняемыми, необходимо рассмотреть проблему предоставления охраны неопубликованным произведениям. Национальные законодательства по-разному определяют судьбу иностранных неопубликованных произведений, но большинство стран такие произведения охраняют.

Если неопубликованные произведения иностранных авторов подлежат защите, то они охраняются в течение определенного срока, который рано или поздно истекает. Что же является причиной истечения этого срока?
Юридическим право прекращающим фактом может быть как событие (например, истечение 30-тилетнего срока охраны пасло смерти автора), так и действия.
Таким действием является опубликование иностранного произведения в стране, не связанной с другой страной каким-либо международным договором по авторскому праву. Несомненно, прекращение охраны по этой причине означает переход произведения в сферу общего достояния вследствие истечения срока ранее предоставлявшейся охраны, которое не подлежит "оживлению" в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Бернской Конвенции.

Возможность такой интерпретации пункта 2 статьи 18 была обнаружена еще в 1978 году на заседании группы консультантов, созданной Всемирной
Организацией Интеллектуальной Собственности для "изучения вопроса о соответствии законодательства США положениям Бернской Конвенции...". Было отмечено, что на 1 января 1978 года (дата вступления в силу нового Закона об авторском праве США) все неопубликованные произведения охранялись в США по общему праву, независимо от гражданства автора. При этом предоставленный таким произведениям срок охраны моментально "истекал", если произведение было опубликовано без знака охраны, без соблюдения оговорки об изготовлении копий произведения в США, а также, если его автором был иностранец, публикация состоялась в стране, не связанной с США соглашением или взаимностью. Был сделан вывод, что в соответствии с этой теорией применение принципа обратной силы не требует восстановления охраны для любых произведений, попавших в США в сферу общественного достояния. Большинство консультантов считали, что, если США именно таким образом истолкую пункт 2 статьи 18, то никакого несоответствия между действующим законодательством
США и Бернской Конвенцией в отношении обратной силы не будет.

Такая же позиция была занята Ведомством США по авторским правам и к представителями Специальной рабочей группы по подготовке присоединения США к Бернской Конвенции. Они отмечали в своем предварительном и заключительном докладах, что "статья 18 пункт 2 исключает охрану произведений, попавших в сферу общего достояния в стране, где испрашивается охрана, вследствие истечения срока ранее предоставляемой охраны". Необходимо отметить, что
Законом об общем пересмотре авторского права, разделом 17 Свода Законов США и другими вопросами 1976 года, была существенно сужена, сфера действия общего права. Статутным правом была также предоставлена охрана неопубликованным произведениям независимо от гражданства или домицилия автора (статья 104 а). Это означает, что прежние рассуждения американских специалистов сохраняют свое значение и применимы на момент вступления США в
Бернскую Конвенцию.

Естественно, что позиция, занятая законодательством США, не могла не вызвать реакции неодобрения, однако их критика носила достаточно умеренный характер. Специалисты отмечали, что закрепление такого положения во внутреннем законодательстве США противоречит интересам других стран- участниц, обязанных охранять американские произведения с обратной силой.
При этом указывалось, что это может отразиться на решении судов при рассмотрении дел в отношении "старых" американских произведений.
Правоведами, однако, выражалась надежда на то, что суды США будут стремиться к разрешению дел в духе конвенционного права.

Необходимо отметить, что такое толкование статьи 18 не вызвало ответной реакции со стороны других членов Бернского Союза, хотя возможность такой реакции и предусмотрена статьей 33 Бернской Конвенции. По мнению специалистов, одной из причин такого молчания явилось то, что до присоединения к Бернской Конвенции, США участвовали во Всемирной Конвенции об авторском праве, которая может рассматриваться как специальная конвенция в смысле пункта 3 статьи 18 Бернской Конвенции, значительно облегчило принятие занятой США позиции.

США, присоединяясь к Бернской Конвенции, хорошо осознавали, что, не соблюдая полностью важнейший принцип Конвенции - принцип взаимности в предоставлении охраны авторских прав - создали угрозу возникновения- дискриминации в отношении "доконвенционных" американских произведений, особенно кинематографических произведений, обеспечение охраны которых было основной целью участия США в Бернском Союзе. Причем, если в некоторых странах-участницах это может отразиться лишь на принимаемых судебных решениях, то другие могут привести аналогичную США мотивацию (как уже упоминалось, многие страны, как и США, охраняют неопубликованные произведения независимо от гражданства и местонахождения автора) и заявить, что они не будут охранять "старые" произведения американских авторов. А вновь присоединяющиеся страны, следуя опыту США, могут вообще не применять обратной силы. Именно поэтому США стремится к заключению дополнительных соглашений с вновь присоединяющимися странами, подтверждающих предоставление охраны "старым" американским произведениям, как это было с
Китаем (членом Бернской Конвенции с 15 октября 1992 года), с которым США заключили Меморандум Взаимопонимания по вопросам защиты интеллектуальной собственности еще в январе 1992 года.

Необходимо отметить, что США при вступлении в Бернскую Конвенцию не раз заявляли, что они придают принципу обратной силы большое значение и вернутся к рассмотрению этого вопроса позднее, что они и сделали. Была созвана группа специалистов по авторскому праву для проведения исследований по вопросам, связанным с обратной силой. Цель работы этой группы - изучение возможности внесения соответствующих изменении и дополнений в Закон об авторском праве США, которые могли бы обеспечить предоставление охраны в соответствии с требованиями статьи 18 Бернской Конвенции. Учитывая конституционные, экономические и иные факторы, специалисты попытаются определить, при каких условиях и каким образом могут быть "оживлены" произведения, находящиеся в сфере общественного достояния. Также будут проанализированы возможные последствия, которые может повлечь за собой предоставление охраны таким произведениям для частных лиц и компаний, свободно использовавших их прежде.

Принимая во внимание, что непредставление охраны с обратной силой может стать барьером в международных торговых и инвестиционных отношениях, что отразится на американской экономике, и особенно на ее киноиндустрии,
США заключили 7 октября 1992 года с Канадой и Мексикой Североамериканское соглашение о свободной торговле, которое вступило в силу с 1 января 1994 года. По этому Соглашению США обязались предоставить охрану изготовленным в
Канаде и Мексике, художественным фильмам, которые стали общим достоянием в соответствии с параграфом 405 раздела 17 Свода Законов США (отсутствие знака охраны) до 1989 года. Не подлежит сомнению, что принятое решение является очень важным прецедентом для предоставления охраны с обратной силой иностранным произведениям на основе международных договоров.

Итак, рассмотрев опыт США, мы убедились, что существует возможность присоединения к Бернской Конвенции без обратной силы, истолковав норму статьи 18 иначе, чем это делалось ранее.

Присоединение России к Бернской конвенции.

В течение многих лет Советский Союз, а потом и Россия, не могли стать участниками Бернского Союза в силу несоответствия предоставляемой по национальному законодательству охраны произведениям "уровню Бернской
Конвенции".

Но, несмотря на то, что Закон, принятие которого позволило бы присоединиться к Бернской Конвенции, вступил в силу только 3 августа 1993 года, некоторыми правоведами уже в 1992 году поднимался вопрос о способе возможного присоединения России. В частности, один из них отмечал, что статья 18 Бернской Конвенции не содержит обязательства обеспечения охраны с обратной силой, и, поэтому не исключено, что Российская федерация при присоединении к Бернской Конвенции выразит именно такую точку зрения.
Позднее этим же специалистом не раз высказывалось мнение о необходимости присоединения России к Конвенции без обратной силы, что "для России, для российских организаций, использующих иностранные произведения" оказалось бы
"наиболее выгодным и безболезненным, особенно в течение первых лет после присоединения".

13 марта 1995 года произошло долгожданное событие - Россия наконец стала полноправной участницей Бернской Конвенции об охране литературных и художественных произведений. При подаче дипломатической ноты о присоединении Россия уведомила других участников Конвенции о том, что
"действие Бернской Конвенции не распространяется на произведения, которые на дату вступления этой Конвенции в силу для Российской федерации уже являются на ее территории общественным достоянием".

В соответствии со статьей 28 Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах" произведение перестает охраняться, и переходит в общественное достояние, в результате истечения срока действия авторского права. Как, уже ранее отмечалось, в случае, если страна предоставляет охрану неопубликованным произведениям иностранных авторов, срок охраны истекает на момент опубликования этого произведения в стране, не связанной с ней каким- либо соглашением об охране авторских прав.[8]

Рассмотрим, как в России решается судьба иностранных неопубликованных произведений. [9]

Согласно статье 5 Закона "Об авторском праве и смежных правах", охрана по авторскому праву предоставляется неопубликованным произведениям иностранных авторов следующим образом:
- если они находятся в какой-либо объективной форме на территории России, то они охраняются по Российскому законодательству во всех случаях;
- если они находятся в какой-либо объективной форме за пределами Российской
Федерации, то получают охрану на основе международных договоров.

Что касается первой группы неопубликованных произведений, выделенной законодателем, здесь ситуация вполне понятна: неопубликованные иностранные произведения, которые находятся на территории России, охраняются по
Российскому авторскому праву. Поскольку само произведение в определенной материальной форме находится на Российской территории, все противоправные действия в отношении этого произведения (например, обнародование без согласия автора, плагиат, переработка и пр.) также могут иметь место на ее территории, и, следовательно, попадают под Российскую юрисдикцию. Охрана, предоставленная такому произведению, носит условный характер, так как она поставлена в зависимость от места последующего опубликования. В случае если публикация будет иметь место в России, оно будет продолжать находиться под охраной. Если же оно будет обнародовано за рубежом, такое произведение
Российским авторские правом охраняться не будет вследствие истечения срока предоставляемой охраны. Следовательно, после присоединения России к
Бернской Конвенции, в случае, если до 13 марта 1995 года такое произведение было впервые опубликовано за рубежом и вследствие этого утратило правовую охрану, Россия, согласно пункту 2 статьи 18 Бернской Конвенции, не обязана вновь ставить это произведение под охрану.

Вопрос же в отношении неопубликованных произведений иностранных авторов, находящихся в какой-либо материальной форме за рубежом, крайне сложен. Российским Законом предусмотрено, что охрана таким произведениям предоставляется лишь на основании международных договоров. Если предположить, что Закон адекватно отражает российскою практику охраны неопубликованных произведений иностранцев, то все иностранные произведения, находящиеся в объективной форме за рубежом, независимо от того, были ли они обнародованы или нет до 13 марта 1995 года, подлежат охране на территории
России с этой даты. И, следовательно, другие члены Бернского Союза могли бы выдвинуть справедливые возражения против участия России в Бернской
Конвенции без обратной силы.

Занятая российским законодателем позиция в отношении охраны иностранных неопубликованных произведений была подвергнута критике специалистами, которые указывали на то, что она служит источником возникновения множества проблем на практике. Например, будет ли охраняться произведение, один экземпляр которого находится за границей, а другой - на российской территории? Или, с какого момента подлежат охране созданные за рубежом произведения: с момента создания иди с момента пересечения границы?[10]

На последний вопрос практика, причем широко распространенная дает следующий ответ: когда неопубликованное произведение иностранного автора попадает на территорию России, оно подлежит охране по российскому авторскому праву с момента его создания. И, хотя подход законодателя, отраженный в Законе не изменился по сравнению с позицией статьи 478
Гражданского Кодекса РСФСР и статьи 136 Основ гражданского законодательства
1991 года. Это не означает, что неопубликованные иностранные произведения, находящиеся в материальной форме за пределам Российской федерации, не охраняются по российскому законодательству.

В литературе отмечалось, что "неопубликованные произведения иностранных авторов, находящиеся за рубежом, не могут рассматриваться" в
России как произведения, "постоянно находящиеся в сфере общественного достояния", и, следовательно, подлежат охране наравне с произведениями, находящимися на ее территории.

Необходимо также отметить, что нередко при заключении двусторонних договоров охрана неопубликованных произведений вообще не оговаривалась, например, статья 2 Соглашения с Польшей об охране авторских прав гласит:

"Каждая договаривающаяся Сторона признает авторские права граждан и организаций другой договаривающейся Стороны их правопреемников на произведения науки, литературы искусства, независимо от места их первого опубликования, а также авторские права граждан третьих стран и их правопреемников на произведения, впервые выпущенные в свет на территории
Советского Союза или Польской Народной республики...". Из приведенной цитаты видно, что определяется судьбам лишь опубликованных произведений. На мой взгляд, такая формулировка - это результат того, что не было необходимости предусматривать взаимных обязанностей по охране неопубликованных произведений, так как произведения иностранных авторов и так подлежали охране в обоих договаривающихся государствах.

Итак, российское (а до 25 декабря 1991 года советское) авторское право фактически охраняло, и охраняет любые неопубликованные произведения иностранных авторов с момента их создания. Но, если это произведение впервые публикуется не в России и не в стране, связанной с Россией международным договором, то такое произведение становится в России общественным достоянием, так как ранее предоставленный срок охраны истек.
Именно поэтому Россия смогла присоединиться к Бернской Конвенции. Это означает, что в отношении граждан стран, участвующих и в Бернской, и во
Всемирной Конвенции, в России будут охраняться только те произведения, которые будут опубликованы после 26 мая 1973 года (дата присоединения СССР к Всемирной Конвенции). Что касается граждан государств, участвующих только в Бернской Конвенции, то в России будут поставлены под охрану только те их произведения, которые впервые опубликованы в этих странах после 13 марта
1995 года.

В прессе высказывались различные оценки принятого решения о присоединении без обратной силы. Одни специалисты целиком и полностью поддержала его, другие же осуждая его, утверждали, что "по сути же оказалось, что к Бернской Конвенции Россия не присоединилась".
Заинтересованные же лица - издатели, единодушно поддерживая присоединение к
Бернской Конвенции, также разошлись в оценке порядка такого присоединения, крупные издатели, которые "присоединились к Берну в одностороннем порядке" еще в 1993 году либо удивлены таким подходом, либо полностью отвергают его, рассматривая решение правительства как "возведение воровства в государственную политику" и "легализацию пиратства". Высказывалось мнение, что присоединение России к Бернской Конвенции с обратной силой отвечало бы интересам российских издателей, так как им "выгодно покупать права и платить иностранным авторам", что позволит им "иметь возможность, продавать права на книги российских авторов".

Естественно, что крупным издательствам под силу выплачивать огромные гонорары за приобретение исключительных прав на распространение произведений иностранных авторов на территории России. Это им действительно выгодно, так как их затраты окупятся через реализацию книжной продукции, в стоимость которой включаются и суммы авторских гонораров, и передача неисключительных прав на использование другим издательствам, в конечном итоге за счет Российских читателей. Присоединение с обратной силой к
Конвенции, по мнению иных издателей, также не "позволило бы встать на ноги молодым издателям", не имеющим большого стартового капитала. На мой взгляд, это также прекратило бы приток в Россию множества произведений зарубежной литературы, что, в конечном счете, отразилось бы как на развитии только появившееся книжной индустрии, так и на культурно-духовной сфере нашего общества.

Действительно, при принятии ответственных правовых решений, каким является решение о присоединении к Бернской Конвенции, необходимо исходить из интересов всего общества, а не отдельных его групп. Учитывая то, что нормы Конвенции действуют не в идеальных, а реальных условиях, должны приниматься во внимание и те экономические последствия, которые могло бы повлечь предоставление охраны произведениям, ранее считавшимся в России общественным достоянием.

Как было показано выше, критика присоединения без обратной силы носит в основном экономический характер. Вопрос о самой формулировке постановления не поднимался. Специалисты, несмотря на то, что в прессе и было отменено, что формулировка не ясна, ограничились лишь констатацией того, что она означает, что Россия присоединилась к Бернской Конвенции без обратной силы, думается, что необходимо рассмотреть постановление правительства именно с точки зрения данной им формулировки, которая допускает неоднозначность ее толкования.

Итак, постановление содержит указание на то, что произведениям, ставшим на территории российской федерации общественным настоянием не момент присоединения к Бернской Конвенции, охрана вновь предоставлена не будет. Рассматривая обоснование возможности присоединения России без обратной силы, нами приводилось положение статьи 28 Закона РФ "Об авторском праве смежных правах", согласно которому причиной перехода произведения в общественное достояние служит истечение срока охраны. Однако статья 28 предусматривает и иную причину: перешедшими в общественное достояние также считаются произведения, охрана которым на территории России никогда не предоставлялась. В формулировке, данной правительством, не указывается, по какой именно причине не будут охраняться произведения, ставшие на территории РФ общественным достоянием, хотя такой причиной является истечение сроков охраны. Нами было отмечено, что на законодательном уровне охрана предоставляется лишь тем иностранным неопубликованным произведениям, которые находятся на российской территории, хотя практика и иначе решает этот вопрос. Однако, именно то, что на практике охранялись, и охраняются все неопубликованные произведения иностранных авторов, позволило истолковать статью 18 Бернской Конвенции как не обязывающую, предоставлять охрану с обратной силой. Тем не менее, зарубежные специалисты, не знакомые с российской практикой, могут провести анализ на законодательном уровне и сделать вывод, что Россия, присоединяясь к Конвенции, приняла решение не охранять иностранные произведения, ставшие на ее территории общественным достоянием в силу того, что они никогда не охранялись. По такое решение противоречило бы пункту 2 статьи 18 Конвенции, которой все причины неохраняемости, кроме истечения срока охраны, безразличны. Если формулировка правительства будет истолкована таким образом, это может послужить основанием возникновения споров с другими членами Конвенции по поводу применения Бернской Конвенции.

Думается, что лучшим способом устранить имеющееся противоречие до присоединения к Конвенции было бы привести действующее законодательство об авторском праве в соответствие с практикой, закрепив, что охрана по российскому законодательству предоставляется всем иностранным неопубликованным произведениям, независимо от того, на территории какого государства они находятся. Это значительно упростило бы аргументацию принятого Россией решения о присоединении без обратной силы. Иначе эту проблему можно было бы решить, указав при подаче ноты, что действие
Бернской Конвенции не будет распространяться на произведения, которые на дату вступления Конвенции в силу для России уже являются не ее территории общественным достоянием вследствие истечения ранее предоставленного срока охраны. Сегодня же, на мой взгляд, единственный способ устранить всякую возможность возникновения спорной ситуации - дополнительно уведомить страны
Союза о причинах, по которым иностранные произведения перешли в сферу общего достояния.[11]

Несмотря на то, что некоторые специалисты считают, что
"непредставление обратной силы вообще лишает Конвенцию смысла", я рассматриваю присоединение Российской федерации к Бернской Конвенции как чрезвычайно значительное событие. Во-первых, теперь Россия связана международным договором со многими странами, отношения с которыми по авторскому праву никак не регулировались. Во-вторых, произведения иностранных авторов тех стран, с которыми Россия была связана Всемирной
Конвенцией, получают охрану также по Бернской Конвенции, уровень которой намного выше. Что же касается стран, связанных с Россией по Бернской
Конвенции, то их интересы, конечно, затронуты присоединением без обратной силы. Однако, учитывая то, что произведения граждан большинства государств- членов Бернского Союза уже охранялись по Всемирной Конвенции и по двусторонним соглашениям, нарушение интересов этих государств не столь существенно. Думается, что по истечении некоторого переходного периода
"привыкания" к защите авторских прав граждан стран-участниц Бернской
Конвенции, Россия пойдет по пути заключения двусторонних соглашений с отдельными странами, как это делается сейчас в США, по которым охрана будет предоставляться с обратной силой. Однако это не может произойти раньше, чем
Россия действительно будет к этому готова.

Обратная сила авторско-правовых норм в иностранном национальном законодательстве.

Выше нами рассматривался вопрос о том, как решается проблема обратной силы авторско-правовых норм на международно-правовом уровне. Не менее важен вопрос о порядке охраны произведений, созданных до вступления в силу новых национальных законов, предоставляющих более высокий уровень охраны авторских прав по сравнению с предыдущим законодательством.

Национальные законодательства разных стран по-разному решают вопрос об обратной силе. Рассмотрим, как решается этот вопрос в зарубежном законодательстве не примере двух стран: Польши и Украины, недавно принявши новые законы об авторском праве.[12]

4 февраля 1994 года Польским Парламентом был принят новый Закон об авторском праве и смежных правах, разработка которого заняла почти двадцать лет. Результатом длительной работы явилось появление содержащего множество новелл нормативного акта, существенно усилившего охрану прав авторов. В отношении сроков охраны Польский Закон 1994 года пошел намного дальше, чем законодательство в других европейских странах, в том числе и в наиболее развитых. Кроме увеличения сроков охраны до 50-ти лет в случаях для:
- произведений, созданных после вступления в силу нового закона, и
- произведений, срок охраны которых не истек к моменту вступления нового закона в силу,

Новый Закон впервые в мире ввел в действие довольно сложный механизм охраны с обратной силой. В области авторского права Закон также предусматривает применение его положений к произведениям, "срок охраны которых истек в соответствии с ранее действовавшим Законом, но не истек в соответствии с новым Законом, за исключением периода после истечения срока охраны до вступления нового Закона в силу" (ст. 124.1.3.). Однако Закон устанавливает, что это положение не применяется к имущественным правам в отношении экземпляров произведений, которые были опубликованы до его вступления в силу (ст.124.1.2.).

Закрепленная норма касается произведений, срок охраны которых истек по старому Закону, но не истек по Закону 1994 года на момент вступления этого закона в силу. Эти произведения по истечении ранее предоставлявшихся сроков охраны перешли в сферу общего достояния и стали неохраняемыми. Но с момента вступления нового Закона в силу им снова предоставляется охрана уже по этому Закону в течение периода, представляющим собой разницу между сроками охраны, предоставляемыми по новому и старому законам. При этом оговаривается судьба экземпляров произведений, опубликованных до вступления закона в силу, то есть в то время когда эти произведения находились в общественном достоянии - к имущественным правам на такие экземпляры положения нового Закона применяться не будут. Иными словами, правообладатели этой категории произведений не смогут контролировать использование экземпляров, изготовленных в то время, когда произведение находилось в сфере общего достояния.

Рассмотренная нами норма однозначно указывает на то, что Закон об авторском праве и смежных правах Польши действует с обратной силой.

В литературе данный "механизм охраны с обратной силой" подвергался критике, и, на мой взгляд, совершенно справедливо отмечалось, что это правило чрезвычайно трудно реализовать на практике. Действительно, практическое применение этого частично ограниченного правила об обратном действии, несомненно окажется проблематичным. Кроме того, это положение противоречит статье 18 Бернской Конвенции (к которой Польша планирует присоединиться в ближайшее время), вновь предоставляя охрану произведениям, перешедшим в сферу общего достояния вследствие истечения срока охраны.

По-иному вопрос об обратной силе решен в отношении принятого 23 декабря 1993 года Закона Украины "Об авторском праве и смежных правах", по своему содержанию почти полностью совпадающий с российским законом.

Постановлением Верховного Совета Украины "О порядке введения в действие Закона... " предусмотрен следующий порядок действия закона:

3. Закон Украины... применяется к правоотношениям, возникшим после введения его в действие.

Для правоотношений, возникших до опубликования Закона, закон применяется к тем правами обязанностям, которые возникнут после введения его в действие.

4. Установить, что на произведения, ранее не охранявшиеся авторским правом, действие этого Закона распространяется, в случае, если они выпущены и свет, изготовлены распространены после опубликования этого Закона.

5. Установить, что предусмотренные статьей 24 закона Украины срок охраны прав авторов применяется к произведениям, на которые срок, действуя авторского права до опубликования этого Закона не истек.

Согласно приведенной цитате. Закон распространяется на отношения по созданию и использованию произведений, имеющих место после вступления его в силу. В случае если эти отношения носят длящийся характер на момент введения закона в действие, его положения будут применяться к правам и обязанностям, возникшим после этого момента. Пункт 5 указывает на увеличение сроков охраны произведений, не ставших еще общим достоянием вследствие истечения, предоставленного предыдущим законодательством срока охраны авторских прав на дату опубликования нового Закона. Причем специально оговаривается, что новый Закон не придает юридического значения фактам создания и использования произведений, имевших место до вступления
Закона в силу, которые не являлись на тот момент юридическими и не порождали правовых последствий.

Итак, новый Закон Украины "Об авторском праве и смежных правах" не предоставляет охраны произведениям, перешедшим в общественное достояние по причине истечения сроков охраны или вследствие того, что эти произведения никогда не охранялись на территории Украины.

Из приведенных нами примеров видно, что каждая страна сама для себя определяет порядок действия закона во времени, придавая или не придавая ему обратную силу. Законодатель сам решает, исходя из ситуации в стране и учитывая принцип авторского права, предусматривающий сочетание личных интересов с интересами общества, как может и должен быть решен этот вопрос.

Необходимо отметить, что нормы о введении в действие этих двух законов сконструированы таким образом, что не возникает никаких сомнений в том, что
Польский Закон имеет обратную силу, а Закон Украины нет. Существенно не только само намерение законодателя предоставить или не предоставить охрану с обратной силой, но и как это стремление будет реализовано в нормах права.
Как было рассмотрено, ранее, существуют нормы, формулировка которых допускает разное толкование. А вопрос о том, как будет действовать закон - является наиболее важным вопросом для практической реализации его положений.[13]

Решение вопроса об обратной силе авторско-правовых норм в

Российском национальном законодательстве.

9 июля 1993 года Верховным Советом Российской федерации был принят
Закон РФ "Об авторском праве и смежных правах", вступивший в силу 3 августа
1993 вода.

Имеет ли новый закон обратную силу или нет - вопрос чрезвычайно сложный. Неточность формулировок, содержащихся в постановлении Верховного
Совета о введении в действие Закона, позволяет по-разному толковать порядок применения Закона, что уже порождает возникновение многочисленных проблем на практике. В зарубежной литературе отмечалось, что новый российский закон привлекает и будет привлекать внимание зарубежных правоведов не столько с точки зрения содержащихся в нем положений, сколько с точки зрения его переходных норм, касающихся правил его действия.

Специалисты по авторскому праву придерживаются диаметрально противоположных точек зрения по поводу действия Закона: одни считают, что новый Закон обратной силы не имеет, другие же, напротив, утверждают, что закон действует с обратной силой.

Прежде, чем перейти к анализу норм Постановления Верховного Совета, определяющих порядок действия закона, на мой взгляд, необходимо рассмотреть, как был решен вопрос об обратной силе при введении в действие
Основ гражданского законодательства Союза СССР и республик, принятых 31 мая
1991 года (далее Основ). Принятие Основ явилось первым, но очень значительным шагом в сторону повышения уровня охраны прав авторов. Основы не только содержали множество новелл (например, закрепление новых объектов охраны, появление права авторства, сужение сферы бездоговорного использования и пр.), но и увеличили срок предоставляемой охраны до 50-ти лет.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Верховного Совета РФ "О некоторых вопросах применения законодательства Союза СССР на территории
Российской Федерации" от 3 марта 1992 года Основы "применяются на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 года к тем гражданским правоотношениям, которые возникли после указанной даты. По гражданским правоотношениям, возникшим до 3 августа 1992 года. Основы гражданского законодательства применяются к гражданским правам и обязанностям, которые возникли после 3 августа 1992 года". Итак, говоря применительно к авторскому праву. Основы распространяют свое действие на отношения по созданию и использованию произведений, возникшие после даты вступления
Основ в силу на территории России. Помимо этого законодатель предусмотрел, что в отношении длящихся на момент введения в действие Основ правоотношений положения Основ будут применяться лишь к тем правам и обязанностям, которые возникнут после этого момента. Следовательно, законодатель, конкретизируя общий принцип, установил, что Основы обратной силы не имеют.

Теперь перейдем к рассмотрению Постановления Верховного Совета о порядке введения в действие Закона "Об авторском праве и смежных правах", которым предусматривается следующий порядок действия Закона:

2. Закон Российской федерации "Об авторском праве и смежных правах" применяется к отношениям по созданию, а также по использованию объектов авторского права возникающим после введения в действие указанного Закона.

3. Сроки охраны прав, предусмотренные ст. 27 указанного закона применяются во всех случаях, когда 50 - летний срок действия авторского права не истек к 1 января 1993 года.

4. Авторское право юридических лиц, возникшее до введения в действие указанного Закона, прекращается по истечении 50 лет с момента правомерного обнародования произведения или создания произведения, если оно не было обнародовано.

Согласно пункту 1 указанного постановления. Закон не распространяет свое действие как на отношения по использованию, так и на отношения по созданию произведений, имевших место до введения его в действие, то есть до
3 августа 1993 года. Следовательно, если ранее определенные объекты не подлежали охране по авторскому праву, то и новое законодательство не распространяет свое действие на такие объекты, так как к случаям создания произведения до 3 августа 1993 года применяется не новое, а прежнее законодательство. Это означает, что Закон не рассматривает в качестве юридических факты создания произведения, имевшие место до 3 августа 1993 года и не порождавшие никаких последствий с точки зрения прежнего законодательства. Однако на мой взгляд, необходимо не придание этим прежним фактам юридического значения, во избежание неправильного толкования воли законодателя, оговаривать отдельно. Именно таким образом поступил законодатель при принятии Основ, указав и пункте 11 Постановления о введении их в действие, что "на произведения, ранее не признававшиеся объектами авторского права, действие раздела 4 Основ гражданского законодательства Союза СССР и республик распространяется, если произведение выпущено в свет после вступления Основ в силу". В качестве юридической даты указывается дата "выпуска в свет", а не дата "создания" произведения. Это объясняется тем, что дату "выпуска в свет" установить намного проще и она более показательна для проведения отсчета различных сроков, и, по мнению специалистов, выбор именно этой даты общего принципа не колеблет.

Итак, норма, содержащаяся в пункте 1 постановления, устанавливает, что
Закон действует без обратной силы.

Анализируя положение пункта 2 указанного постановления, нельзя не обратиться к совпадающему с ним по структуре пункту 12 общесоюзного постановления о введении в действие Основ. Согласно этому пункту,
"предусмотренные статьей 137 Основ гражданского законодательства сроки действия авторского права применяются к произведениям, срок действия авторского права на которые не истек до 1 января 1992 года". Толковать эту норму можно было только однозначно: прежнее законодательство об авторском праве предусматривало охрану прав в течение жизни автора плюс 25 лет, а
Основы ввели новый срок охраны - время жизни автора плюс 50 лет.
Следовательно, эта переходная норма касалась лишь тех произведений, в отношении которых сроки охраны на момент введения в действие Основ еще
"текли", удлиняя эти сроки на 25 лет.

Аналогичным образом была построена и норма Указа Президиума верховного
Совета СССР "О внесении изменений и дополнений в Основы гражданского законодательства Союза СССР и союзных республик от 21 февраля 1973 года".
Согласно ей срок охраны авторских прав после смерти автора был увеличен с
10 до 25 лет, и новые нормы о сроке охраны не применялись к произведениям, срок действия авторского права на которые истек до 1 января 1973 года.

С точки зрения отдельных правоведов, именно такая норма является нормой - толкованием принципа "Закон обратной силы не имеет", специфической
- для авторского права, то есть она должна применяться во всех случаях принятия новых законов, устанавливающих сроки охраны более продолжительные, чем предусматривалось предыдущим законодательством. Естественно, что из каждого правила бывают исключения, бывают и исключения из принципа "закон обратной силы не имеет" применительно к авторскому праву. Однако тогда и формулировка переходной нормы выглядит совершенно иначе, как, например, выглядит норма о введении в действие Польского Закона, ясно указывающая на обратную силу его действия.[14]

Пункт 3 постановления о введении в действие Закона говорит о произведениях, 50-ти летний срок охраны которых не истек к моменту вступления в силу новых авторско-правовых норм. Как уже рассматривалось выше. Основы удлинили срок охраны авторских прав до 50-ти лет. Под 50- тилетним сроком охраны, о котором говорится, в пункте 3, подразумевается срок охраны, предоставленный Основами. В отношении произведений, срок охраны которых не истек к 3 августа 1993 года, действует новый закон, который в определенных случаях удлиняет этот срок.

Например, композитор Дмитрий Шостакович умер в 1975 году. В соответствии с Гражданским Кодексом РСФСР его произведения должны были бы перейти в общественное достояние через 25 лет после его смерти, то есть 1 января 2001 года. Основы удлинили срок охраны до 50-ти лет, следовательно, произволения Шостаковича должны были бы перестать охраняться только с 1 января 2025 года. В соответствии с пунктом 5 статьи 27 закона этот срок увеличен еще на четыре года, так как Шостакович написал свою седьмую симфонию во время блокады в Ленинграде, следовательно, по новому Закону его произведения подлежат охране до 31 декабря 2029 года.

Помимо проведенного анализа, который привел нас к выводу, что пункт 2 не подразумевает придание закону обратной силы, можно уяснить смысл этой нормы также с помощью лексико-грамматического толкования. В пункте 2 говорится о произведениях, срок охраны которых еще не "истек" на момент вступления Закона в силу, следовательно, эта норма касается лишь произведений, в отношении которых сроки еще "текли", то есть авторское право на такие произведения еще действовало на дату введения Закона в действие. Это еще раз подтверждает то, что пункт 2 постановления содержит положение об удлинении сроков охраны в случаях, предусмотренных статьей 27
Закона в отношении произведений, которые еще не перестали охраняться в результате истечения предоставлявшегося по прежнему законодательству срока охраны.

Однако некоторые юристы толкуют содержание пункта 2 следующим образом: если на момент введения Закона в действие со дня смерти автора не прошло еще 50-ти лет, то к произведениям этого автора будут применяться правила об исчислении сроков охраны, предусмотренные статьей 27 Закона; и, следовательно, Закон в отношении этих произведений будет действовать с обратной силой.

По такое толкование означает, что законодатель предусмотрел возможность возобновления охраны в отношении произведений, находившихся на момент вступления закона в силу в сфере общественного достояния вследствие истечения сроков их охраны, что противоречит положениям статьи 18 Бернской
Конвенции, участницей которой Россия является. Помимо несоответствия нормам международного права, придание закону обратной силы породило бы возникновение просто нелепых ситуаций на практике. Приведем следующий пример:

Писатель Осип Мандельштам умер в советском концлагере в 1938 голу.
Согласно статьям 10 и 15 Основ законодательства Союза СССР об авторском праве от 16 мая 1928 года, срок охраны составлял время жизни автора плюс 15 лет после смерти, следовательно, срок охраны его авторских прав истек 31 декабря 1952 года. Однако Мандельштам был частично реабилитирован в 1956 году. Учитывая то, что согласно пункту 5 статьи 27 законам, в случае, если автор был репрессирован и реабилитирован посмертно, срок охраны авторских прав начинает действовать с 1 января, следующего за годом реабилитации.
Следовательно, если предположить, что Закон имеет обратную силу, с момента вступления в силу нового закона произведения Мандельштама должны были бы охраняться вновь после того, как 40 лет они находились в сфере общественного достояния. Полная реабилитация Мандельштама имела место при
Горбачеве в 1987 году, следовательно, его произведения стали бы вновь общим достоянием лишь через столетие после его смерти.

Пункт 4 постановления определяет судьбу авторского права юридических лиц, возникшего у них до вступления в силу закона. Здесь речь идет, естественно, не о производном авторском праве, а о первоначальном, возможность возникновения которого была предусмотрена в определенных случаях (ст. 485 и 486 ГК РСФСР). При этом авторское право не ограничивалось каким-либо сроком, а действовало бессрочно (ст. 498 ГК
РСФСР). Основы Гражданского законодательства не предусматривали ни одного случая возникновения первоначального авторского права у юридических лиц. И даже более того: в отношении кино - и телефильмов Основы прямо предусматривали получение изготовителем авторских прав по договорам с авторами отдельных произведений (п.5 ст.135 Основ). Однако вопрос о том, будут ли охраняться первоначальные авторские права юридических лиц, появившиеся до даты введения Основ в действие на территории России, то есть до 3 августа 1992 года, и, если да, то в течение какого срока, остался неурегулированным. Ответ именно на этот вопрос и содержит пункт 4: эти права сохраняются и действуют и в настоящее время, но не бессрочно, а в течение 50-ти лет после создания или обнародования произведения. Это не означает, что Закон распространяет свое действие в отношении первоначальных авторских прав юридических лиц на прошлое время. По новому Закону такие права подлежат охране лишь в течение оставшейся части установленного 50- летнего срока охраны.

На основе проведенного анализа текста постановления о введении в действие Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах" я делаю следующий вывод: Закон но распространяет свое действие на авторско-правовые отношения, имевшие место до вступления его в силу, то есть Закон не имеет обратной силы. Однако относительно вопроса о порядке действия Закона все- таки нет единого мнения как у теоретиков, так и у практиков. Трудно себе представить, какие последствия может повлечь за собой разное токование, и, следовательно, разное применение норм постановления на практике.

Думается, что единственное средство установить действительную волю законодателя - дать официальное толкование норм постановления. Хочется надеяться, что при осуществлении такого толкования будут приняты во внимание интересы лиц, долгое время использовавших произведения, ставшие общественным достоянием, в бездоговорном порядке и учтены экономические и иные последствия, для общества в целом, которые может повлечь за собой толкование норм постановления как придающего Закону обратную силу.

Видеопиратство в России.

В одном из старых советских фильмов, повествующем о временах давно минувших, на вопрос: «Ну как Россия-матушка?» прозвучал довольно лаконичный ответ: «Воруют».

Вместе с научно - техническим прогрессом воровство тоже совершенствовалось и переходило из одних форм в другие. На сегодняшний день один из подвидов этого процесса именуется как видеопиратство. Никого не удивляет, что какой-либо западный фильм появляется на российском видеорынке задолго до его официального появления в стране - производителе. Остается только восхищаться предприимчивостью и заботой о зрителях. Но вместе с проникновением на российский рынок западных технологий пробрались к нам и их буржуазные замашки, а потому как почва у нас благодатная, разрослись они до неимоверных размеров.

Если рассматривать видеопиратство как социальное явление, то, с одной стороны, это дело как бы полезное - как ни верти, несет культуру в массы.
Бытует мнение, что послевоенные Германия и Япония достигли высокого уровня развития техники не без ворованных продуктов. С другой стороны, оно является своеобразным тормозом для производителей видеокассет. Очень сильно это отражается и на российских производителях средней величины, и на крупнейших компаниях. Тот факт, что любой произведенный продукт с легкостью необычайной, несмотря на все патенты, будет использоваться, не принося никакой выгоды производителю, сам себе неприятен.[15]

С точке зрения «частного пользователя» с этим можно мириться, но использование такого «рыночного товара» более или менее крупными предприятиями по крайней мере странно. То, что таковые существуют, ни для кого не секрет, но недоказуемость подобных обвинений и отсутствие более или менее значимых судебных прецедентов делает проблематичным указание названий таких фирм. Если не брать в расчет частников, то в большинстве своем для тех, кто смог купить видеомагнитофон, вряд ли будет большой проблемой приобрести к нему нормальное программное обеспечение. Все это разговор в пользу бедных, и означает вот что: сумел украсть - украл, не смог - купил.
Вообще, ситуация, когда человек, имея возможность украсть, крадет - ненормальна.

К сожалению, нелицензионный товар продается не только на рынке, где все об этом знают, но и в магазинах, где существует и процветает незаконное размножение и продажа видеокассет, причем часто в такой форме, которая заставляет покупателя полагать, что им приобретается лицензионный продукт.

Реализация нелицензионных видеокассет - это следствие. Причиной является производство нелегального товара. Часть, которого производится за рубежом, а другая часть производится в России.[16]

Воровали и воруют всегда и везде, но отношение к воровству везде разное. Давайте представим себе на минуту (приятно иногда помечтать), что мы являемся гражданами правового государства. Итак, что может сделать некий пользователь, купивший нелицензионную видеокассету «по неведению» и обнаруживший, к своему удивлению, что сей продукт не годен к употреблению, т.е. данная копия очень плохого качества?

Да, если бы мы жили в правовом государстве, то вся мировая общественность встала бы на защиту обиженного и оскорбленного. Но кто может помочь этому несчастному у нас?

Пытаясь получить ответ на этот вопрос, сразу опускаешься с небес на землю. Хотя реальное положение дел таково, что вряд ли кому-нибудь придет в голову решать эту проблему с помощью общественных организаций, все-таки интересно, что предусмотрено и предусмотрено ли вообще в подобных случаях.
Первое место, куда, казалось бы, наиболее логично было бы обратится, - это
Союз потребителей. Теоретически при появлении жалобы подобного рода должна формироваться рейдовая группа, которая, в свою очередь, должна совершить контрольную закупку, и в соответствии с результатами могут предпринимать надлежащие действия. В действительности все обстоит немного иначе.

Посетив эту организацию и озадачив всех вопросом, касающимся не хлеба насущного, а некачественных видеокассет, несложно было заметить, что с подобным вопросом к ним никто не обращался.

Как известно, все люди великолепно разбираются в медицине. Каждый из четырех с половиной миллионов взрослых людей на планете может моментально поставить диагноз лишь по одному крошечному симптому. Суждение профессионалов, то есть врачей, после этого будет приниматься в штыки вплоть до момента предъявления убедительных доказательств их (врачей) правоты.

По моему скромному мнению, получив высшее образование, люди начинают примерно так же «разбираться» еще в одном предмете, а именно в праве.
Человек, в глаза никаких законов не видевший, и часто, сожалению, и не желающий видеть, убежденный в собственной правоте лишь на основе слухов или не верно понятых теле-радио - газетных сообщений, готов до хрипоты отстаивать свою точку зрения по правовым вопросам, пока его не ткнут носом в статью кодекса.

Современная система авторского права почти полностью сложилась уже сто лет назад. Наверное, не все так ужасно. Рассмотрим нынешнюю систему авторского права. Личные неимущественные права неотъемлемо принадлежат автору и не могут быть переданы - в отличие от имущественных прав (право на распространение, воспроизведение, публичный показ, переработку, переводит. п.). Вот имущественные права автор может передать кому угодно. И нет ничего страшного в том, что права на музыкальное наследие «Битлз» принадлежат
Майклу Джексону. (Кстати, через пятьдесят лет после смерти Джона Леннона имущественные права на его творческое наследие по закону вообще перестанут существовать. Таким образом, говорить о правах на Евангелие просто не имеет смысла, поскольку и со времени смерти Христа, и со времени смерти авторов
Священного писания прошло уже куда больше пятидесяти лет.).

Конечно, можно не любить людей, сделавших себе деньги на чужих идеях.
Надо понимать, что информация или идея - один из самых ценных товаров на планете. И попытки разрешить свободное подражание и копирование - «по сути, человеческие вещи» - сразу упрутся в финансовые вопросы. Значит, под копированием подразумевалось не столько распространение уже готового продукта, сколько создание нового на основе уже имеющегося? Не думаю, что это вообще нужно обсуждать. Представьте себе, что тот же Майкл Джексон слегка подправит ту же «Yesterday» и станет выдавать получившееся за свое творение! Мне кажется, что никто не будет возражать, что это незаконно, хотя явление-то по сути «человеческое».

Именно законы об авторских правах реально защищают своих авторов. Ведь далеко не каждый гений способен превратить свою идею в наличные. Умение зарабатывать деньги - один из человеческих талантов, и не факт, что такой талант был у сэра Исаака Ньютона. И то, что кто-то зарабатывает больше других, не означает, что законы плохи. Автор (или наследники) в любом случае должен получить материальную выгоду от своего творения, и если этого не происходит, то можно начинать разбираться, в чем дело. Кстати, Джексон заплатил наследникам Леннона отнюдь не маленькую сумму.

Важнейшим из всех искусств является искусство выживания в сфере кино.
Российские производители фильмов страдают сегодня от того, что не соблюдаются авторские права, видеокассеты издаются нелегальным способом и приносят доходы только пиратам. Покончить с такой ситуацией в этой сфере бизнеса призвано постановление Кабинета Министров РТ № 677 от 10.09.97г. «О распространении кино- и видео- продукции на территории Республики
Татарстан».[17]
«В целях совершенствования распространения кино- и видеопродукции на территории Республики Татарстан и в соответствии с постановлением Кабинета
Министров РТ № 240 от 24.03.97г. «О государственной поддержке кинематографии РТ ПОСТАНОВЛЯЕТ:
Утвердить прилагаемые:
1. Положение «О лицензировании деятельности, связанной с тиражированием, сдачей в прокат и аренду, распространением через видеотеки, прокатные пункты и торговую сеть кино- , видеопродукции на территории Республики
Татарстан. Положение «О Государственном регистрационном прокатном удостоверении».
2. Государственному комитету РТ по кинематографии разработать и утвердить
Положение о комиссии по лицензированию кино - и видеодеятельности.
3. Признать утратившим силу Положение «О государственном регистрационном прокатном удостоверении».
4. Возложить с 1 октября 1997 года на Государственному комитету РТ по кинематографии функции лицензирования деятельности, связанной с тиражированием, сдачей в прокат и аренду, распространением через видеотеки и прокатные пункты кино- и видеопродукции на территории РТ.
Установить, что данный вид деятельности без соответствующей лицензии с 1 октября 1997 года не допускается.
5. Установить, что лицензии на деятельность. Связанную с тиражированием.
Сдачей в прокат и арену, распространением через видеотеки и прокатные пункты кино- и видеопродукции на территории РТ, оформляются на бланках
Государственного комитета РТ по защите прав потребителей.
6. Установить. что вся видеопродукция, тиражируемая и распространяемая на территории РТ, должна быть снабжена (стокирована) пломбами
Государственного комитета РТ по кинематографии.
7. Утвердить прилагаемый состав межведомственной комиссии по контролю за распространением и использованием кино - и видеопродукции на территории
РТ.
8. Установить, что денежные средства, полученные от уплаты лицензионного сбора, перечисляются в бюджет Республики Татарстан.

Положение о государственном регистрационном прокатном удостоверении.

«...4. Юридические и физические лица, являющиеся в соответствии с законодательством собственниками или владельцами прав на кино -и видеопродукцию, могут на договорной основе реализовывать эту продукцию
Татгоскино, кино-, видеозрелищным учреждениям, телевидению и другим организациям, а также физическим лицам. Самостоятельно производить тиражирование, прокат, продажу и демонстрацию принадлежащих им кино и видеопроизведений только при наличии республиканской лицензии на соответствующий вид кино-, видеодеятельности и после получения удостоверения.
Это условие распространяется на всю зарубежную кино- и видеопродукцию.
Предназначенную для коммерческого проката и распространения в Республики
Татарстан.»[18]

А, что же было до этого постановления?

Страх перед новым Уголовным кодексом российские граждане, так или иначе связанные с пиратской деятельностью (в том числе и простые покупатели), стали испытывать за долго до вступления его в силу. Как только стало ясно, что принятия нового кодекса не миновать, среди на селения поползли слухи о тех ужасах, которые оно повлечет. В течение последнего года практически каждое письмо в печатные издания, связанные с пиратством, содержало утопические или антиутопические (в зависимости от личных взглядов) прогнозы на жизнь с 1 января 1997 года (дата вступления УК в силу). Причем, было очевидно, что большинство авторов писем сам кодекс не читали (что, разумеется, было простительно, пока кодекс был еще проектом, но не простительно теперь, когда он уже действует). Бытовало мнение, что основным источником информации на эту тему были московские представительства BSA и «Союз». Обратившись к последней за разъяснениями, мы получили ответ средней внятности (это не вина сотрудников этих представительств, а лишь следствие неразберихи, царящей в этом вопросе), основной темой которого стало то, что сами BSA и «Союз» ни к чему отношения не имеет.

Уголовный кодекс Российской Федерации

Статья 146. Нарушение авторских и смежных прав.

1. Незаконное использование объектов авторского права или смежных прав, а равно присвоение авторства, если эти деяния причинили крупный ущерб, - наказываются штрафом в размере от двухсот до четырехсот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до четырех месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Те же деяния, совершенные неоднократно либо группой лиц по предварительному сговору или организован ной группой. - наказываются штрафом в размере от четырехсот до восьмисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от четырех до восьми месяц ев, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет.

Масла в огонь подливали еще и начавшиеся разгоны рынков новым подразделением УЭП, в которых многие увидели зарю будущего глобального антипиратского наступления государства.

Что касается непосредственно кодекса, то статью-виновницу вы можете видеть сами. Формулировка весьма и весьма невнятная, и статья на данный момент практически не рабочая. Сейчас в Госдуме РФ идет активная обсуждение поправок к кодексу, среди которых намечается и измененная редакция этой статьи. Остается надеяться, что законодатели сумеют разрешить одну из двух основных проблем данной статьи - разберутся со словами «крупный ущерб», которые пока являются главным белым пятном. Вообще, столь субъективные понятия надобно выметать из кодекса поганой метлой. Действительно, что такое крупный ущерб для той же Microsoft - сто долларов, тысяча, миллион?

Вторую же проблему законодателям не решить вообще - проблему неготовности российской судебной системы принять подобные дела. Судя по всему, если такие дела все же появятся, то обвинению придется в обязательном порядке привлекать юристов ВSА - никто другой в подобных вещах у нас вообще ничего не понимает.

Так что будем ждать решения думцев. Ждать придется долго - поправки к кодексу принимаются не по одной, а сразу все, и времени на их подготовку потребуется немало.

Что же касается деятельности спецуправления УЭП по борьбе с нарушениями в области авторского права, то надо заметить, что наличие каких- либо статей в Уголовном кодексе не является основной нормативной базой для его существования. Авторское право, как известно, в большей части охватывается Гражданским кодексом. Да и произошли все эти памятные события на «Горбушке» и Митинском рынке еще осенью, то есть до вступления кодекса в силу.

По аналогии - налоговая полиция появилась в нашей стране не в связи с появлением статей в УК о неуплате налогов, а в связи с появлением налогового законодательства.

В декабре 1996 года в Женеве были приняты два международных соглашения. Касаются они авторских прав, а инициатором их подписания выступила Всемирная организация интеллектуальной собственности (World
Intellctual Property Organization - WIPO). Первое соглашение называется
«WIPO Сору», второе - «WIPO Performances and Phonograms Treaty». В первых статьях обоих соглашений подчеркивается, что они соответствуют статье двадцатой Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений.

Если прибегнуть к сухому юридическому языку, то Бернская конференция ввела два основополагающих принципа мирового авторского права: принцип национального режима и принцип минимальности прав. Первый из них означает, что произведения, созданные в странах - участницах союза, в каждой из стран должны иметь такую же защиту, как и национальные произведения; а под принципом минимальности прав понимаются обязанность государства обеспечить минимум правовой охраны. Так вот, статья двадцатая Бернской конвенции гласит: «Правительства стран Союза оставляют за собой право вступать между собой в специальные соглашения, когда эти соглашения будут предоставлять авторам более широкие права, чем установленные настоящей Конвенцией, или будут содержать другие положения, не противоречащие настоящей Конвенции».
Вот такими «специальными соглашениями» и являются новые соглашения WIPO.

Необходимость в них возникла в связи с тем, что положения Бернской конвенции опять отстали от жизни. Новые соглашения разрешают вопросы правовой защиты произведений, распространяющихся через Internet или другими подобными способами. В общих чертах это означает, что владелец прав на какое-либо произведение имеет право распространять это произведение или представлять его на суд зрителей любым доступным ему способом, не ограничиваясь при этом в своих правах и не теряя их.

На конференции также обсуждалась возможность принятия специальных норм, определяющих права на создание различных временных копий произведений, но в итоговые документы эти положения не вошли, так как во время дискуссий стороны пришли к выводу, что подобные действия все же охватываются общими нормами международного авторского права сформулированными в Бернской конвенции) и не требуют принятия каких-либо дополнительных нормативных актов.

Что же касается объектов новых соглашений, то ими являются литературные и художественные произведения, а также звукозаписи и различные визуальные представления (постановки, видеофильмы и т. п.). Другими словами, статью можно считать как бы дополнением к второй статье Бернской конвенции, в которой перечислены все виды литературных и художественных произведений, подлежащих охране.

Если давать какие-либо комментарии принятым соглашениям, то надо заметить, что никакого эпохального события не произошло. Принятые соглашения - лишь очередные странички в рутинном международном законотворчестве. Радует то, что новые соглашения по возникающим вопросам принимаются достаточно оперативно, хотя россиянам радоваться особо нечему - многие частные вопросы в новых соглашениях отнесены к внутренней компетенции государств и требуют принятия соответствующих внутренних законов. К сожалению, вероятность столь же оперативного их принятия в нашей стране крайне мала по вполне понятным причинам.

С самого начала зарождения стихийного пиратского видеорынка в нашей стране ощущалась необходимость в том, чтобы придать ему органическое начало. Пиратских «менеджеров», сумевших поставить на поток выпуск самой свежей видеопродукции достаточно высокого качества, не могла удовлетворить стихийно сложившаяся полуподпольная сеть дилеров - их было слишком мало. И тогда наиболее предприимчивые ребята взялись организовать вполне легальный рынок, куда в определенное время со всей страны могли приехать все, кто хотел подзаработать на распространении кассет или же просто приобрести новинки для себя.

11 июля ВSA и Управление по борьбе с экономическими преступлениями
ГУВД Москвы провели пресс-конференцию, посвященную началу активных действий стражей правопорядка против пиратов.

Гигантские программы «Краденые продукты - вне закона» бесплатно раздавались всем журналистам, входившим в прохладный конференц-зал отеля
«Аэростар». По сведенным бровям и тяжелым взглядам среди организаторов пресс - конференции можно безошибочно определить сотрудников ГУВД.

Открыла конференцию Анна Голдин, юридический консультант BSA. Она отметила, что нелегальное копирование, помимо того, что это некультурно и нехорошо, лишает людей, относящихся к компьютерной индустрии, рабочих мест, влечет за собой гигантские потери в бюджете государства, а также «душит» российских разработчиков программ, которые не имеют прибыли от продажи в
России своих продуктов. И если ранок пиратских продуктов составляет 50 процентов в Западной Европе и 34 в США, то в России нелицензионные копии составляют 94 процента. «Именно поэтому BSA приветствует решительные меры, принимаемые российской милицией против пиратства, которое препятствует цивилизованному росту видео индустрии», - сказала г-жа Голдин.

Сотрудник УЭП ГУВД РФ поведал журналистам о недавнем рейде по рынкам города.

Журналистам была продемонстрирована видеозапись рейдов. Все могли видеть, как «карающая рука правосудия» теребит ничего не понимающих продавцов в попытке получить от них какие-либо договора с фирмами производителями лицензионных продуктов на торговлю аудио и видеокассетами.
Все продавцы после долгих раздумий отвечали, что мол, нет у них никаких документов, и нервно посмеиваясь, осведомлялись, уж не изволят ли шутить представители закона. Было хорошо видно: люди еще не понимают, что нелегальное копирование - это преступление. У сотрудников фирм можно было наблюдать всю гамму человеческих переживаний - от саркастического удивления до патологического испуга. Испуг усиливался, когда «фирмачам» сообщали, что материалы рейдов будут переданы в соответствующие подразделения милиции для проведения расследования с целью привлечения виновных к уголовной ответственности.

Кроме этого, BSA рассматривает вопрос об обращении в арбитражный суд с иском о защите авторских прав. Согласно российскому законодательству, суд может обязать нарушителя выплатить правообладателю компенсацию в размере до
50000 минимальных размеров оплаты труда.

Журналисты, присутствовавшие на пресс - конференции, реагировали на увиденное по разному, были даже недовольные активными действиями ГУВД. В основном угадывалась озадаченность: «неужели все-таки началось?»

Как выяснилось, в полном объеме еще не началось. На пресс-конференции много говорилось о российском законодательстве и, в частности, об Уголовном кодексе РФ. Пока он предусматривает лишь символические наказания за подобные «шалости», и это делает работу милиции малоэффективной. Ну что такое 2-3 минимальных оклада - штраф, который грозит продавцу за торговлю нелегальными копиями видеокассет? Курам на смех. Однако уже с 1 января 1997 года действует новый Уголовный кодекс, согласно которому нарушителям авторских прав будет «светить» штраф в размере 400 минимальных окладов или лишением свободы на срок до 5 лет.

После просмотра видеоматериалов представитель «Союза» сообщил, что новый иск может быть предъявлен любой фирме и любому продавцу, торгующему нелицензионными копиями.

Права авторов в России сегодня могут быть защищены во всем объеме, считает председатель правления Российского авторского общества /РАО/
Георгий Тер-Газарянц. Правовой базой для этого стал принятый летом 1993 года федеральный закон "Об авторском праве и смежных правах", который отвечает всем современным требованиям уровня защиты, существующим в цивилизованных странах мира.

В соответствии с этим законом Россия присоединилась к Бернской конвенции об охране художественных и литературных произведений, а представители российской творческой и научной интеллигенции, подобно их зарубежным коллегам, создали в 1994 году организацию, которая занимается имущественными правами авторов на коллективной основе. Президентом авторского совета этой организации, ставшей "наследником" некогда действующих ВААПа и РАИСа, избран композитор Андрей Эшпай. Об эффективности деятельности РАО говорят хотя бы такие цифры: если в 1994 году сбор авторских вознаграждений с пользователей составлял 8,5 миллиарда рублей, то в 1995 году он возрос до 32,5 миллиарда, а в минувшем году достиг 48 миллиардов рублей. В то же время, по словам Георгия Тер-Газарянца, эти цифры, однако, составляют лишь часть тех средств, которые по полному счету должны бы были получить авторы. Эффективность деятельности РАО значительно осложняет общий правовой беспредел и общественные стереотипы отношения к творческому труду: традиционная и незаслуженно заниженная оценка интеллектуальной собственности. Авторы имеют серьезные претензии и к
"электронным" СМИ, которые, ссылаясь на различные причины, несвоевременно и не в полном объеме выплачивают им законное вознаграждение. Так, МТК не расплатилась с авторами за весь 1996 год. В условиях лишения государственных дотаций в трудном положении оказались и многие театры, которые имеют значительную дебиторскую задолженность перед авторами.

Огромный ущерб наносит цивилизованной защите авторских прав и
"пиратство" в сфере интеллектуальной собственности.

Остальные дела рассматриваются в суде и, как правило, завершаются в пользу авторов. Еще одним позитивным аргументом в пользу РАО стало то обстоятельство, что под его "крышу" возвращаются многие авторы, которые в период "замораживания" валютных гонораров пере шли в зарубежные авторские общества. Тем более, что РАО взимает за помощь в охране авторских прав в среднем лишь 15 процентов, в то время как "ставки" аналогичных обществ за рубежом значительно выше. Говоря о перспективе деятельности РАО, его председатель правления рассказал, что в настоящее время готовится ряд предложений к проекту третьей части Гражданского кодекса. Он выразил надежду, что эти коррективы обеспечат более эффективное применение закона, уточнят ряд его формулировок, ужесточат борьбу с пиратством, про длят срок защиты авторских прав на срок до 70 лет после смерти автора. Надо добавить, что к охране интеллектуальной собственности в России скоро присоединится созданное недавно Российское общество по смежным правам, которое возглавил известный пианист Николай Петров. Эта организация будет защищать интересы исполнителей и владельцев прав на использование фонограмм.

Ирена Савельева возглавляет московское подразделение Международной федерации промышленности звукозаписи, что ставит ее в положение неофициального полководца в войне с пиратами. Ее главная задача в том, чтобы перекрыть поток нелегальных записей, которые обходятся российской промышленности звукозаписи в $300 млн. ежегодно. Добиться этого непросто по ряду причин. Главное препятствие - смехотворный бюджет, которым вынуждены довольствоваться силы, занимающиеся борьбой с пиратами. К тому же российские таможенники не обладают достаточной квалификацией, чтобы отличить подделки от оригиналов. Оставляет желать лучшего и законодательство об охране авторских прав. Дело в том, что многие законы об охране авторских прав распространяются только на продукцию, произведенную после 1995 года. Теоретически продажа нелегальной продукции может повлечь за собой штрафы и тюремное заключение, но на практике это происходит редко.
Впрочем, в настоящее время группа, возглавляемая Савельевой, пытается исправить ситуацию. Как водится - за счет Запада.[19]

С 1995 года ЕС выделил России на борьбу с нарушениями авторских прав
$2,3 млн. В этом году должны поступить дополнительные средства. В прошлом месяце подразделение, которым руководит Савельева, провело обыск поезда
София-Москва, в результате которого было изъято 45 000 нелегальных компактов. Российская кампания является частью мер, которые IFPI принимает против пиратов, которые похищают у мировой музыкальной промышленности по меньшей мере $2 млрд. ежегодно. Недавно IFPI совместно с ЕС ополчились на правительство Болгарии, которое смотрит сквозь пальцы на производителей нелегальной музыкальной продукции в своей стране. США также постоянно требуют от Китая положить конец нарушениям прав на интеллектуальную собственность. Россия является крупнейшим рынком сбыта незаконной продукции, поступающей из многих стран мира. На местном рынке процветает производство нелегальных аудиокассет. По данным IFPI, на российском пиратском рынке представлено 190 млн. кассет и 8 млн. компакт-дисков. 58% пиратских продаж приходится на звукозаписи популярных российских исполнителей, которые страдают от этого не меньше, чем такие российские компании звукозаписи. Многим более мелким компаниям пришлось прекратить производство. Одна из главных причин их финансового краха опять-таки аудиопиратство.[20]

Многие зарубежные компании, имевшие неосторожность вложить средства в российский рынок, также страдают от нелегальных продаж. Золу оказалась умнее. "Мы не будем инвестировать в Россию, пока там не будет обеспечена инфраструктура, гарантирующая защиту от пиратов", - заявил представитель
Золу Джонатан Мориш.

В рамках XX Московского международного кинофестиваля 23 июля 1997 года был проведен семинар "Аудиовизуальное пиратство - угроза киноиндустрии и обществу: проблема и пути ее решения", чьим инициатором и главным организатором стала Российская видеоассоциация при поддержке и содействии
Гильдии продюсеров России и Генеральной дирекции международных кинофестивалей "Интерфест" К сожалению, это событие не привлекло внимание средств массовой информации. Между тем оно может сыграть значительную роль для возрождения национального кинематографа и дальнейшего развития видеобизнеса в России.

Впервые собрались вместе представители законодательной и исполнительной властей, органов внутренних дел, кинематографической общественности, кино- и видеобизнеса и обсудили, как бороться с пиратством, которое разрушает российскую кинематографию. Были рассмотрены следующие вопросы: "Необходимость борьбы с пиратством для развития национальной киноиндустрии", "Природа и виды пиратства в России", "Негативное влияние пиратства на международный авторитет и интересы России во внешнеэкономических отношениях", "Действующее законодательство, применимое для борьбы с пиратством, и практика его применения", "Опыт успешной борьбы против пиратства на примере Великобритании и Хорватии", "Сотрудничество киноиндустрий и правительственных органов в борьбе с пиратством". В числе принявших участие в работе семинара - президент Ассоциации кинопромышленности Америки (МРАА) Джек Валенти, председатель
Государственного комитета по кинематографии Российской Федерации Армен
Медведев, председатель Союза кинематографистов России, президент Российской антипиратской организации (РАНО) Сергей Соловьев, генеральный директор
Международной федерации ассоциаций производителей фильмов (МАРР) Андре
Шабо, вице-президент и региональный директор по борьбе с пиратством МРАА
Нэйтон Найт, заместитель начальника Управления по борьбе с экономическими преступлениями МВД Российской Федерации Борис Терещенко, исполни тельный директор Российской видеоассоциации Владимир Попов, исполнительный директор
РАНО Константин Земченков. "Черную дыру" можно закрыть! Открывая семинар,
Джек Валенти, в частности, отметил: "Пиратство в кино, на телевидении и в домашнем видео - это раковая опухоль на теле нашего бизнеса. Ни одна киноиндустрия в мире не имеет иммунитета от вторжения пиратов. Но ни одна киноиндустрия не сможет процветать, если государство будет мириться с пиратством, никогда не сможет выжить, возродиться. Позвольте пре доставить вашему вниманию кое-какие цифры. Согласно нашим данным, прибыль пиратов в
России составляет порядка 600 млн. долларов ежегодно. Эти средства изымаются из карманов российских продюсеров, режиссеров, сценаристов, техников, рабочих. Громадные убытки из-за российских пиратов несем и мы, и другие страны. Ваше правительство теряет только в виде недополученных налогов более 200 млн. долларов! Иногда люди говорят: а мне все равно, процветает ли пиратство или его нет вообще. Они просто не понимают, что косвенно пиратство бьет по карману каждого гражданина страны.

Впервые я почувствовал, что в России есть серьезные намерения относительно борьбы с пиратами, когда, приехав на XX Московский международный кинофестиваль, в течение часа беседовал с премьер-министром
Виктором Черномырдиным. Я нашел его человеком умным, решительным, с сильным характером. Мы возлагаем большие надежды на Российскую антипиратскую организацию (РАПС), которая совсем недавно создана в Москве. Это совместное предприятие россиян и американцев. При поддержке правительства оно может стать центром борьбы с пиратством. В моем присутствии президент РАПС Сергей
Соловьев представил премьер-министру подробный план ее деятельности.
Главное в нем - обеспечение того, чтобы ваше законодательство о защите авторских прав соблюдалось. Если вы посадите нескольких пиратов в тюрьму, а ваш Уголовный кодекс позволяет это сделать, пираты поймут, что занимаются очень рискованным бизнесом. Но чтобы так произошло, нужны желание и решимость правительства обеспечить выполнение законодательства о защите авторских прав. Господин Черномырдин подчеркнул, что у него лично есть и желание, и решимость покончить с пиратством в стране. Он сказал, что создаст в рамках Министерства внутренних дел специальное подразделение, которое будет со стоять из профессионально подготовленных сотрудников и единственной задачей которого будет борьба с пиратством на всей территории вашей страны.

Что же касается нас, американцев, то мы обязуемся использовать все имеющиеся у нас ресурсы и наш 23-летний опыт борьбы с пиратством во всем мире, будем помогать готовить сотрудников РАПС и антипиратского спецподразделения в МВД, чтобы они четко знали, как нужно действовать. Мы доказали, что можем победить пиратство, нам это удалось сделать вместе с японцами, англичанами, французами, латиноамериканцами. Там, где есть подлинная решимость правительства и общественности покончить с этим злом, удается этого достигнуть. Я хочу верить, что в России началась на стоящая война против пиратства, которое можно сравнить с черной дырой в космосе. Но в этой войне нельзя расслабляться ни на минуту.[21]

Подробный и убедительный анализ состояния российской кино промышленности и влияния пиратства на кинопроизводство сделал Владимир
Досталь, президент ассоциации «Мосфильм», президент Гильдии продюсеров
России. В 1996 году выпущено 22 российских фильма, - сказал он. - Для нормального функционирования всех звеньев кинопроцесса, поддержания материально-технических баз киностудий и киносети необходимо выпускать, как минимум, 50 - 60 художественных фильмов в год. Одна из главных причин кризиса в отрасли - резкое снижение финансирования как со стороны государства, что, в общем-то, на мой взгляд, и естественно, учитывая сложившуюся в стране тяжелую экономическую ситуацию, так и со стороны внебюджетных инвесторов: мало кто хочет и может позволить себе вкладывать средства в нерентабельное кино. А нерентабельным оно стало в значительной степени из-за разгула пиратства. Без наведения порядка в этой области нельзя рассчитывать на привлечение инвестиций с Запада в той или иной форме.

На сегодняшний день в России около 40 млн. населения имеет видео. Так что видеорынок в стране огромнейший, но он на 80 процентов пиратский. Для сравнения: бюджет Госкино на 1997 год до секвестра составлял около 60 млн. долларов. Это 10 процентов от валового оборота пиратской видеоиндустрии!
Цифры убеждают в том, что, несмотря на кризис в экономике и в киноотрасли, интерес к кино у зрителя в нашей стране есть. Значит, с наведением порядка в видеоиндустрии можно твердо рассчитывать на приток внебюджетных инвестиций.

Теряя огромные суммы от пиратства в виде недополученных налогов, государство пытается компенсировать их потерю высокими ставками и разнообразием действующих налогов, тем самым загоняя болезнь глубоко внутрь. На мой взгляд, только разумно сбалансированная система льгот, особенно в период кризиса, создаст не обходимые условия для возрождения российского кинематографа. Принятый в прошлом году закон о государственной поддержке российской кинематографии, когда он заработает полностью, будет способствовать возрождению отрасли. Необходимо только, чтобы нормы этого закона в части льгот были внесены в новый Налоговый кодекс.

Обсуждаемая проблема имеет не только экономический, финансовый характер. Не менее важна ее нравственная сторона. Общество сегодня, к счастью, признает, что человек, ограбивший квартиру или перепродающий краденое, - вор. Или соучастник, по крайней мере. И за это строго наказывает. Но почему-то кражу интеллектуальной собственности не считает преступлением, называет ее романтическим словом "пиратство". Нет, пират - вор! И это на до всеми способами внедрять в общественное сознание. Если мы хотим построить демократическое государство, для нас закон должен быть превыше всего. Выполнение любого закона, не только закона об авторском праве и смежных правах, должно стать краеугольным камнем национальной политики. И в этой связи можно только приветствовать сам факт создания при активной и всесторонней поддержке американских коллег, включая финансовую поддержку, Российской антипиратской организации. Первые шаги в наведении порядка в аудиовизуальной индустрии уже сделаны. Вступил в действие
Уголовный кодекс, предусматривающий строгое наказание за нарушение авторского права. Создана Российская видеоассоциация, основой целью деятельности, которой является лоббирование интересов легального российского видеобизнеса в высших органах законодательной и исполнительной власти, разработка нормативной документации для правоохранительных органов.
Но успех может быть только при наличии совместных, хорошо скоординированных, заинтересованных и, самое главное, повседневных действий под контролем правительства и общественности всех, кто непосредственно занимается борьбой с пиратством".

Выступление Борис Терещенко, заместитель начальника Управления по борьбе с экономическими преступлениями МВД РФ. Все они говорили сознанием дела, аргументировано. И вместе с тем четкий ответ на вопрос, почему видеопиратство в России по-прежнему процветает, несмотря на вступившее в силу с 1 января 1997 года новое антипиратское законодательство, так и не прозвучал. Не потому ли с таким вниманием были встречены выступления зарубежных гостей?

Не надо изобретать велосипед видеопиратство, как и многие другие негативные явления, пришло к нам с Запада. Но ведь там же накоплен немалый опыт борьбы с этим злом. Зарубежные партнеры готовы помочь словом и делом.

Если когда-нибудь возникнет у нас идея поставить памятник пиратству, то он будет стоять на крыше тюрьмы!

Тех, кто покупает пиратские кассеты, надо рассматривать пособников пиратов. В США был принят очень нужный закон о преступном сговоре. Если, например, обнаружится, что кто-то дал машину для использования в преступной деятельности, она будет конфискована, а ее владельца привлекут к ответственности. Надо так действовать и в отношении видеопиратства!

Правоотношение не является чем-то особенным, это те же необходимые для существования людей общественные отношения, только получившие через законодателя и другие правотворческие органы свою юридическую оценку и тем самым взятые под охрану государства.

Первое уголовное дело завершено: приговор видеопирату - год условно
(за девять видеокассет).

Компания «Вест Видео» возбудило уголовное дело против пирата с
Митинского радиорынка, хотя информация об этом в общем-то не разглашалась.
Но вот, наконец, прозвучал приговор судьи Тушинского межмуниципального районного народного суда В.С.Кабака: москвич Евгений Гончаров получил год лишения свободы условно. Это первый случай, когда суд вынес обвинительный приговор по делу о нарушении авторских и смежных прав. Гончаров продавал на
Митинском радиорынке пиратские копии фильмов, права на которые принадлежат
«Вест Видео». В начале марта 1997 года правоохранительными органами была сделана контрольная закупка этих видеокассет. Продавец не отрицал, что его продукция конфтрафактная. Он покаялся и никак не препятствовал расследованию. Учтя это, а также материальное положение Гончарова, компания
«Вест Видео» не стала в судебном порядке предъявлять ему материальные претензии. Но создать прецедент, добившись вынесения судебного приговора в отношении продавца, который, не имея на это никаких прав, тиражировал фильм
(по сути это такое же преступление, что и угон автомобиля у его законного владельца), было необходимо для того, чтобы российские суды стали бы, наконец, применять в своей практике статьи закона о защите авторских прав.
Например: в Калуге было возбуждено одно из первых уголовных дел против видеопиратов. Но судья до сих пор не решается вынести обвинительный приговор. Он ждет прецедента. На сегодняшний день компанией «Вест Видео» возбуждено около 30 уголовных дел против видеопиратов. Часто видеопиратов наказывают рублем, когда в незаконном тиражировании видеопродукции замешаны крупные студии. Сумма компенсации, как правило превышает сто миллионов рублей и достаточно ощутима для нелегалов. Надежды на то, что им удастся доказать свою невиновность, нет. Права на фильм принадлежат «Вест Видео» по контрактам, и еще не было случая. Чтобы кто-то мог отвертеться от ответственности. Очень часто дело не доходит до возбуждения уголовного дела. Понимая, что уйти от ответственности не удается. Студии тиражирующие левую продукцию, сами предлагают компромис - материальную компенсацию.

Но обратимся к закону. Статья 14 Гражданского кодекса российской
Федерации, которая называется «Самозащита гражданских прав», гласит, что
«способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не должны выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения». Таким образом, компания вправе предъявить претензии фирме - нарушителю или частному лицу, уличенному в производстве конрафактной продукции, и предложить ему урегулировать этот конфликт с компанией без обращения в суд. Если нарушивший закон согласен на предложенные условия, компания заключает с ним договор, согласно которому он обязуется возместить ущерб, нанесенный им фирме, и выплачивает компенсацию, перечисляя ее на счет компании. Если же он отказывается выполнить этот договор, мы оставляем за собой право обратится в суд.

50-я статья Закона об авторских и смежных правах «Способы обеспечения иска» гласит, что суд, следователь, орган дознания обязан принять меры к розыску и наложению ареста на контрафактные экземпляры, а также оборудование, предназначенное для изготовления. Таким образом, подчеркивается роль государства в борьбе с этим видом правонарушений. Может быть, сегодня пират зачастую не несет столь сурового наказания, которого заслуживает. Но, как бы то ни было, начало положено, а это позволяет надеется, что существующему сегодня беспределу, когда в любой торговой точке продаются пиратские псевдооригиналы, постепенно придет конец.[22]

Заключение.

В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть, что вопрос об обратной силе действия авторско-правовых норм - вопрос чрезвычайно сложный, и решение его зависит от множества факторов.

На международно-правовом уровне решение вопроса об обратной силе действия международных договоров зависит как от целей, которые ставят перед собой договаривающиеся стороны, так и от реальных возможностей этих стран.

Изначальной задачей Бернской Конвенции было поставить под охрану максимальное количество произведений, которые до заключения первой многосторонней Конвенции по авторскому праву никак на международном уровне не охранялись. Именно поэтому был введен механизм охраны с обратной силой, то есть охране подлежали не только произведения, созданные после латы вступления Конвенции в силу, но и созданные до этого момента. Конвенцией было сформулировано правило, которое, на мой взгляд, является воплощением общетеоретического принципа "закон обратной силы не имеет" применительно к авторскому праву: произведение не может быть вновь поставлено под охрану, если оно перешло в общее достояние вследствие истечения срока предоставленной охраны в стране, где такая охрана истребуется. При закреплении обратной силы Конвенции разработчиками принимались во внимание возможности стран, заключающих Конвенцию и присоединяющихся к ней. Именно поэтому была предусмотрена возможность заключения специальных Конвенций, в соответствии, с которыми может применяться "правило об обратном действии", а если таковых нет, Конвенция допускает определение каждой страной для себя условий применения этого принципа. Помимо этого, для определенных стран существует возможность истолковать нормы о порядке действия Конвенции, как не обязывающие предоставлять охрану с обратной силой.

В отличие от Бернской Конвенции целью Всемирной Конвенции об авторском праве было охватить максимальное количество стран, национальное законодательство которых не позволяло сразу присоединиться к Бернской
Конвенции, но они вполне могли повысить уровень охраны до уровня Всемирной
Конвенции. При этом, всё же в целях обеспечения большего количества стран- участниц, Конвенция не предусматривает предоставления охраны с обратной силой, так как многие государства были бы не в состоянии присоединиться с обратной силой даже к Всемирной Конвенции.

На национальном уровне вопрос об обратной силе не менее важен.
Законодатель, учитывая экономическую, политическую и социальную ситуацию в стране определяет, будет ли иметь закон обратную силу, а если будет, то на какие случаи и факты он будет распространяться. Однако, учитывая то, что нормы международного права сильнее норм национального законодательства, на мой взгляд, совершенно необходимо соблюдать принцип, сформулированный пунктом 2 статьи 18 Бернской Конвенции произволения, ставшие общим достоянием в результате истечения срока охраны не подлежат возвращению в сферу частного права.

Необходимо акцентировать внимание на соответствие формулировки переходной нормы действительной воле, намерению законодателя. Неточность формулировок порождает возможность неоднозначного толкования, что может привести не только к трудностям в практике применения авторско-правовых норм, но и к полному извращению воли законодателя, что в конечном итоге отразится на жизни общества в целом.

Слушатель: Алексеев А.А.

Список литературы.

Гражданское право. Часть 1. Учебник/Под ред. Ю.К.Толстого, А.П.Сергеева -
М.: Издательство ТЕИС, 1996г.
Международное частное право. Под ред. Проф. Г.К.Матвеева, - Киев, 1895г.
Об авторском праве: Сборник законодательных и нормативных документов по состоянию на июль 1997г. - М.: БУКВИЦА, 1997г.
Гражданское право. Часть 1. Учебник/Под ред. А.Г.Калпина, и А.И.Масляева -
М.: Издательство ЮРИСТЪ, 1997г.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой
(постатейный). О.Н.Садикоа - М., Юридическая фирма КОНТРАКТ, издательская группа ИНФРА-М - НОРМА, 1996г.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй
(постатейный). О.Н.Садикоа - М., Юридическая фирма КОНТРАКТ, издательская группа ИНФРА-М - НОРМА, 1996г.
Конституция Российской федерации.
Конституция Республики Татарстан.
Журнал «Видео новости» №01 Издатель: ЗАО «Видеоклуб», 31 октября 1997г.
Журнал «Видео новости» №00 Издатель: ЗАО «Видеоклуб», 10 октября 1997г.
Журнал «Видео аудио бизнес» №16-17, 1998г.
Сборник документов по вопросам лицензирования киновидеодеятельности на территории Республики Татарстан 1997г.
Постановление Кабинета Министров Республики Татарстан №677 от10.09.97г.
Журнал «Видео-магазин» №72, 1997г.
Журнал «Компьютеррра» №47, 24 ноября 1997г.
Журнал «Компьютеррра» №9, 3 марта 1997г.
Журнал «Компьютеррра» №49, 16 декабря 1996г.
Журнал «Компьютеррра» №10, 10 марта 1997г.
Журнал «Компьютеррра» №8, 8 декабря 1997г.
Журнал «Компьютеррра» №48, 1 декабря 1997 г.
Журнал «Компьютеррра» №20, 19 мая 1997г.
Журнал «Компьютеррра» №28, 22 июля 1997г.
Журнал «Компьютеррра» №1, 1 апреля 1997г.
Журнал «Компьютеррра» №35-36, 1 октября 1995г.
Журнал «Видео аудио бизнес» №3-5 февраль 1997г.
Журнал «Видео аудио бизнес» №4-6 февраль 1997г
Клименко С.В., Чичерин А.Л. Основы государства и права. - М., 1996г.
Арамеев Р. "Россия обязалась охранять права авторов", Известия, 14 марта
1995г.
Арамеев Р. "Россия обязалась охранять права авторов", Известия, 14 марта
1995г.
Богуславский М. М. "Вопросы авторского права в международных отношениях",
Москва, Наука, 1973г.
Быстров В. "Чего в Берне не хватает?", Книжное обозрение №6, 1995г.
Воронкова М. "Срок действия авторского права", Российская юстиция №2,
1995г.
Воронкова М. "По сути же оказалось, что к Бернской Конвенции Россия не присоединилась", Книжное обозрение, №13, 1995г.
Гаврилов Э.П. "Об обратной силе действия международных договоров по авторскому праву", Бюллетень по авторскому праву, 1992г.
Гаврилов Э.П. "Благородство-то надо проявлять за свой счет", Книжное обозрение, №15, 1995г.
Гаврилов Э.П. "Об обратной силе действия Закона об авторском праве и смежных правах", Российская юстиция, №2, 1995г. (и другие его работы)
Душенко К. "Бернский треугольник", Книжное обозрение, №52, 1994г.
Международные Конвенции об авторском праве, Комментарии, Москва,
"Прогресс", 1982г.
А так же работы: Норовицкого Б., Путиновского М., Успенского Г., Шипетина
Д. и других авторов.
-----------------------
[1] Арамеев Р. "Россия обязалась охранять права авторов", Известия, 14 марта 1995г.

[2] Богуславский М. М. "Вопросы авторского права в международных отношениях", Москва, Наука, 1973г.

[3] Гаврилов Э.П. "Об обратной силе действия международных договоров по авторскому праву", Бюллетень по авторскому праву, 1992г.

[4] Быстров В. "Чего в Берне не хватает?", Книжное обозрение №6, 1995г.

[5] Воронкова М. "Срок действия авторского права", Российская юстиция №2,
1995г.

[6] Богуславский М. М. "Вопросы авторского права в международных отношениях", Москва, Наука, 1973г.

[7] Богуславский М. М. "Вопросы авторского права в международных отношениях", Москва, Наука, 1973г.

[8] Воронкова М. "Срок действия авторского права", Российская юстиция №2,
1995г.

[9] Воронкова М. "По сути же оказалось, что к Бернской Конвенции Россия не присоединилась", Книжное обозрение, №13, 1995г.

[10] Душенко К. "Бернский треугольник", Книжное обозрение, №52, 1994г.

[11] Гаврилов Э.П. "Благородство-то надо проявлять за свой счет", Книжное обозрение, №15, 1995г.

[12] Международные Конвенции об авторском праве, Комментарии, Москва,
"Прогресс", 1982г.

[13] Гаврилов Э.П. "Об обратной силе действия Закона об авторском праве и смежных правах", Российская юстиция, №2, 1995г.
[14] Гаврилов Э.П. "Об обратной силе действия международных договоров по авторскому праву", Бюллетень по авторскому праву, 1992г.

[15] Журнал «Компьютеррра» №28, 22 июля 1997 г.

[16] Журнал «Компьютеррра» №28, 22 июля 1997 г.

[17] Постановление Кабинета Министров Республики Татарстан №677 от10.09.97 г.

[18] Сборник документов по вопросам лицензирования киновидеодеятельности на территории Республики Татарстан 1997 г.

[19] Журнал «Видео аудио бизнес» №4-6 февраль 1997 г
[20] Журнал «Видео новости» №00 Издатель: ЗАО «Видеоклуб», 10 октября 1997 г.

[21] Журнал «Видео новости» №01 Издатель: ЗАО «Видеоклуб», 31 октября 1997 г.

[22] Журнал «Видео-магазин» №72, 1997 г.